Поддержали женщин, переписали Конституцию, избавляются от бандитов

Чем запомнится уходящий год в постсоветских республиках Центральной Азии
Коллаж "Ферганы"

Уходит календарный год под номером 2023. В это время принято подводить какие-либо итоги, вспоминать, чем же запомнился этот отрезок длиной в 365 дней, который вот-вот уйдет в историю. «Фергана» решила кинуть взгляд назад и рассмотреть события, ставшие в еще текущем году трендовыми для постсоветских стран Центральной Азии.

В ЗАЩИТУ ЖЕНЩИН И ДЕТЕЙ

Вопрос защиты прав женщин стоит остро во всех странах Центральной Азии, и во многих из них не первый год обсуждается ужесточение наказания за домашнее насилие. Ведь зачастую в семьях превалируют патриархальные стереотипы, позволяющие мужчинам «строить» и «воспитывать» своих жен, а то и поднимать руку за подозрительную смску или иной «проступок».

2023-й год в этом плане стал особенно прогрессивным для Узбекистана, где наконец-то криминализировали бытовое насилие. Хотя власти всерьез взялись за законотворческое дело еще в прошлом году, но окончательно дополнения и поправки в Уголовный и Административный кодексы были внесены лишь минувшей весной. В марте их одобрила нижняя палата парламента, в начале апреля — Сенат, и в том же месяце соответствующий закон подписал президент страны Шавкат Мирзиёев. Документ вступил в силу 12-го числа и, резюмируя его значимость, можно, перефразируя известную «космическую» фразу, сказать, что это маленький шаг для человечества, но большой для узбекского общества.

Отметим важные детали нововведений. Главное — появление в обоих кодексах статьи «Семейное (бытовое) насилие». В первый раз абьюзера ждет административное наказание, максимум — арест на 15 суток. В случае рецидива применяется уголовная ответственность и грозит реальный тюремный срок. Примечательно, что нормы распространяются и на бывших супругов, а также на граждан, проживающих совместно без заключения брака.

Еще одним достижением стоит признать включение в КоАО статьи «Сексуальное домогательство», предусматривающей санкции в том числе за непристойные слова по поводу внешности и фигуры, неприличные жесты и прикосновения. О том, что за подобные действия необходимо карать, пусть даже водворением в спецприемник на 15 суток, говорят частые истории от читательниц медиапроекта против гендерного насилия Nemolchi.uz, свидетельствующие о приставаниях со стороны незнакомцев в метро и автобусах, а также о грубом поведении таксистов.

Вместе с тем, власти ужесточили наказания за преступления против несовершеннолетних. Причем для осужденных по соответствующим статьям отменили условно-досрочное освобождение и прочие смягчения. Чтобы не получилось, как в случае с преподавателем Азадом Гасановым, который в августе 2022 года получил два года колонии за домогательства к своим ученицам, однако уже спустя два месяца вышел по УДО. Этим летом сообщалось, что педагогу разрешили вернуться в школу — продолжить «оказывать психологическую помощь детям». Под давлением общественности власти одумались, и Верховный суд, хоть и не упек развратника снова за решетку, но запрет на деятельность в образовательных учреждениях восстановил в силе. А в ноябре стало известно, что в Узбекистане создадут реестр лиц, которым нельзя работать с детьми. Видимо, чтобы судьям и чиновникам было проще принимать решения в таких случаях, какой был описан выше.

Фото с сайта ijtimoiyfikr.uz

Добавим, что принятие закона, направленного на защиту женщин и детей, далось активистам нелегко. Созданная при Сенате рабочая группа больше года дискутировала с депутатами, отбивая практически каждый пункт. Как рассказывала «Фергане» юрист Дильфуза Куролова, зачастую дебаты длились по пять-шесть часов, а иногда — и по десять. «Здесь, скорее, мы боролись с укоренившимися стереотипами, а не со здравым смыслом», — уточняла наша собеседница. В итоге, несмотря на то, что многие эксперты называют эти поправки «полумерой», узбекское фемдвижение безусловно может занести 2023 год себе в актив.

Поддержали тренд в Казахстане, где тоже еще с прошлого года законодатели работают над укреплением прав женщин и детей. Впрочем, здесь ситуация иная в том плане, что соответствующие поручения дал президент Касым-Жомарт Токаев, а значит, чиновники очень стараются придумать новые эффективные нормы. К таким относится, например, положение, согласно которому полиции разрешили заводить административные дела о домашнем насилии без заявления потерпевшей. То есть, даже если жертву запугали или она по иным причинам не обращается в органы, следователь вправе самостоятельно привлечь абьюзера к ответственности на основании записей видеокамер, свидетельских показаний, слов соседей и прочее.

К тому же, теперь виновный не всегда может отделаться штрафом: новое максимальное наказание за первое подобное нарушение — от пяти до десяти суток ареста. Против рецидивистов ввели норму в виде запрета на повторное примирение сторон, из-за чего, по официальной статистике, только с начала текущего года были прекращены тысячи уголовных дел о бытовом насилии. И казахстанские чиновники продолжают работу в данном направлении.

Отчасти поддержали тренд и в Таджикистане, где под конец 2023-го ужесточили наказания за развратные действия в отношении несовершеннолетних. Если раньше осужденный мог получить максимум пять лет лишения свободы, то теперь — восемь. В этой связи в соответствующую статью УК добавили дополнительную часть, чтобы преступления против детей рассматривали в отдельном порядке.

А вот в Кыргызстане, несмотря на вопиющие инциденты, когда мужья уродуют своих жен, в том числе бывших, или даже убивают, законодатели почему-то не торопятся принимать меры. Хотя на фоне печальной статистики МВД сообщалось об инициативах, подготовленных экспертами. В частности, установить ответственность за навязчивое преследование (сталкинг) и внести в УК пункт о принуждении жертв абьюза к примирению сторон. Но у депутатов, видимо, есть дела поважнее — например, поменять лучи на государственном флаге: этот законопроект приняли даже без обсуждений.

И, наконец, парадоксальный Туркменистан. Здесь президент-женонавистник борется против искусственной красоты. В стране закрывают соответствующие заведения, увольняют с госслужбы женщин, сделавших пластические операции или вколовших себе ботокс. Дамам запрещают получать водительские права и даже ездить на переднем сиденье. Но обо всем таком пишут неофициальные негосударственные СМИ, а по официальной версии — в стране практически гендерное равенство. Поэтому международные эксперты признали Туркменистан самой безопасной страной для женщин среди государств региона, с чем, наверное, республику можно поздравить.

КУРСЫ ПЕРЕКРАИВАНИЯ КОНСТИТУЦИИ

Еще один тренд, перетекший с прошлого года — конституционная реформа. Изначально этим делом занялись в Казахстане. Находящийся у власти с 2019 года Касым-Жомарт Токаев предложил внести правки в Основной закон страны, в частности — поменять президентский срок. Если до этого глава государства мог сидеть в кресле две «пятилетки», то теперь каждый может управлять страной лишь один срок, но зато в течение семи лет. Были и другие изменения, например, столице вернули название — город вновь стал Астаной вместо Нур-Султана. Но главное, что из-за реформы Конституции пришлось проводить президентские и парламентские выборы, распускать парламент и правительство.

В общем, такие вот административные хлопоты. Напомним, что Токаева народ Казахстана переизбрал на новый срок «с нуля» в ноябре 2022-го, так что на текущий год оставалась не самая основная часть процесса — выборы в нижнюю палату парламента и местные органы власти. Видимо, у казахстанцев, уставших от плебисцитов, уже не осталось задора. В марте голосование по депутатам проигнорировали почти полстраны: явка составила чуть более 54%. Тем не менее, выборы состоялись, хотя, как утверждали эксперты ОБСЕ, им не хватило прозрачности. В том же месяце парламент исполнил свою «роль года», утвердив предложенные президентом кандидатуры министров. Глава правительства Алихан Смаилов, как и большинство членов старого Кабинета, сохранил свой пост.

Касым-Жомарт Токаев и Шавкат Мирзиёев. Фото с сайта tengrinews.kz

Конституционной реформой серьезно «заразился» и Узбекистан. Здесь так же еще в прошлом году начали готовить почву для изменений, хотя не обошлось без эксцессов. Глупость чиновников, зачем-то решивших лишить суверенитета (пусть даже на бумаге) Каракалпакстан, спровоцировала массовые беспорядки в этой республике, приведшие к гибели десятков человек (по официальной версии) в июле прошлого года. Но руководитель страны Шавкат Мирзиёев оперативно «разрулил» ситуацию, убрав спорные поправки из повестки.

Зато, как и у соседей, нашлось место изменению президентского срока. Решили, что пять лет — мало, и увеличили до семи. Причем каждый гражданин имеет право быть главой республики не более двух раз подряд. В связи с реформой годы Мирзиёева, что он уже провел у власти, «обнулились».

Вообще узбекские законотворцы поработали, что называется, на славу, обновив 65% Конституции. В преддверии референдума по данному вопросу говорилось о внесении 27 статей, более 150 норм, огромного ряда «концептуальных изменений» в действующие части Основного закона республики.

Нельзя не отметить, что всенародному голосованию по этим поправкам предшествовала небывалая по размаху pr-кампания под лозунгом «Моя! Твоя! Наша!» (да-да, это про Конституцию). Агитация проводилась везде и всюду, даже сообщалось об акциях в детсадах. Не говоря уже о рекламе на улице, в интернете, в метро, где специально обученные люди соревновались в креативе. В таких условиях, разумеется, плебисцит, назначенный на последний день апреля, прошел на ура: явка — 84,5%, проголосовавших за новую Конституцию — чуть более 90%. Уже на следующий день власти объявили, что новая редакция Основного закона страны вступила в силу.

Финальным аккордом конституционной эпопеи стали президентские выборы, прошедшие 9 июля. Пожалуй, лучшую характеристику процессу дали наблюдатели из ОБСЕ: технически все было организовано хорошо, но не было подлинной политической конкуренции. Шавкат Мирзиёев победил своих оппонентов в одну калитку, набрав свыше 87% голосов избирателей. Таким образом, с учетом всех реформ, старый новый президент будет управлять республикой как минимум до 2030 года.

Редактировали Конституцию и в Туркменистане. Правда, тут все было куда проще. 11 января председатель верхней палаты парламента Гурбангулы Бердымухамедов предложил внести в Основной закон страны поправки об установлении однопалатной системы. Спустя десять дней после этого на общем заседании депутатских корпусов объявили о принятии соответствующих изменений. Так в республике остался один орган народной власти — Халк Маслахаты (Народный совет). На том же съезде, к слову, сообщалось, что глава государства Сердар Бердымухамедов подписал конституционный закон о признании спикера парламента, по совместительству — своего отца, национальным лидером туркменского народа. А в марте прошли парламентские выборы, по итогам которых депутатами стали поддерживающие власть люди. Многие из них, как писали независимые СМИ, являются родственниками действующих чиновников.

В Кыргызстане нормы Основного закона страны не меняли, но были споры вокруг действий Конституционного суда. Инстанция неожиданно встала на сторону активистки Алтын Капаловой, разрешив совершеннолетним гражданам брать себе матчество вместо отчества. Развернулась полемика, общество разделилось на тех, кто за, и тех, кто против. Но главное, что во второй группе оказались президент Садыр Жапаров и глава ГКНБ Камчибек Ташиев. Противостояние привело к реформе работы Конституционного суда. Если раньше его решения не подлежали обжалованию, то теперь это стало возможным. Но только в нескольких случаях, например, при внесении поправок в Конституцию или если постановление КС противоречит «общественному сознанию народа». Видимо, последняя формулировка и была применена к возможности выбирать матчество, которой кыргызстанцев оперативно лишили.

Таджикистан пока Конституцию не трогает, в этом, пожалуй, нет нужды даже для «обнуления» президентского срока. Никто не сомневается, что Эмомали Рахмон будет править страной до конца своих дней или передаст власть по туркменскому принципу. Ведь даже Госдеп США открыто называет его сына Рустама Эмомали наследником кресла главы государства.

МАФИЯ ЗДЕСЬ БОЛЬШЕ НЕ ЖИВЕТ

И последний заметный тренд — развернувшаяся в последнем квартале отчетного года широкомасштабная борьба с оргпреступностью. Запустили процесс в Кыргызстане, где председатель Госкомитета национальной безопасности Камчибек Ташиев объявил войну бандитам. Начало было положено в октябре, когда в Бишкеке в ходе спецоперации был убит «вор в законе» Камчибек Кольбаев, известный как «Коля-киргиз».

После этого по республике прокатился флешмоб, в рамках которого представители криминального мира один за другим записывали видео, обещая навсегда отказаться от жизни «по понятиям». Встать на честный путь решили авторитеты, «смотрящие» за определенными регионами, лидеры ОПГ различных мастей и составов. На этом фоне спецслужба обнародовала информацию об изъятых активах «Коли-киргиза», нажитых им незаконно. Цифры поражают воображение — 850 объектов недвижимости, 700 квартир в строящихся многоэтажках, более 60 автомобилей класса люкс. В списке оказалась и корона из золота и бриллиантов (Кольбаев был коронован на сходке «воров в законе» в Москве в 2008 году) стоимостью $500 тысяч.

Ташиев открыто объявил войну криминалу, добавив, что отныне в республике не будет ни «воров в законе», ни ОПГ. Председатель ГКНБ также всерьез взялся за чиновников, которые участвовали в преступных схемах Кольбаева и бывшего замглавы таможни Райымбека Матраимова. В этой связи генерал пообещал уволить более 200 госслужащих с запятнанной репутацией. Силовики рьяно взялись за дело — спустя месяц после заявления Ташиева ведомство отчиталось, что за связи с бандитами своих должностей лишились более 180 чиновников разного ранга. Если задаться целью посчитать всех уволенных и задержанных, то получится, что ГКНБ либо уже перевыполнил план руководства, либо близок к этим показателям.

Камчибек Ташиев и Садыр Жапаров. Фото с сайта kloop.kg

Однако Ташиев пошел дальше. На очередной церемонии открытия офиса спецслужбы (а они открываются как грибы после дождя) чекист объявил, что в стране началась борьба с секс-работницами и их работодателями. Он дал сутки главам регионов на то, чтобы прикрыть все притоны и бордели на местах. Отметим, что силовики даже немного перестарались, выложив в интернет фото «ночных бабочек» с их персональными данными.

Но, как говорится, лес рубят — щепки летят. Очередная прилетела налоговикам, которые, по мнению Ташиева, развели коррупцию на рынках, спровоцировав акции протеста. И пусть торговцы негодовали по поводу отмены патентов и введения кассовых аппаратов, власти в этих демонстрациях нашли «след деструктивных групп», готовящих государственный переворот.

Борьба с ОПГ перекинулась на Узбекистан. Здесь, правда, никто не отрекся от «понятий», но задержания идут полным ходом. С начала декабря столичные правоохранители регулярно информируют о взятии под стражу криминальных авторитетов, среди которых известные в преступном мире «Бахти Ташкентский» и «Сайидазиз медгородок». Несколько дней распространялись слухи об аресте считающего лидером местной мафии бизнесмена Салима Абдувалиева, он же «Салимбай» или «Салимбойвачча». Позднее в ГУВД Ташкента признали этот факт, уточнив, что против 73-летнего предпринимателя открыто дело о незаконном хранении огнестрельного оружия. «Салимбай», являющийся главой республиканской Ассоциации спортивной борьбы и зампредседателя Национального олимпийского комитета, содержится в СИЗО, ему грозит от пяти до десяти лет колонии.

Ташкентские правоохранители еще несколько раз сообщали о задержании десятков криминальных элементов, в основном обвиняемых в вымогательстве и хулиганстве. Тенденция затронула и ряд других регионов страны, где также не церемонятся с кримавторитетами, хватая их пачками. Кое-где дотсалось не только бандитам — например, известно, что в Кашкадарьинской области в рамках рейда против ОПГ к административной ответственности привлекли более 600 человек, включая задержанных за семейное насилие и распитие алкоголя в общественных местах.

Смерть Кольбаева рикошетом отразилась на Казахстане, где у него, как оказалось были определенные интересы и соответственно решающие вопросы на месте подельники. Сообщалось, что силовики начали масштабные задержания членов ОПГ, связанных с «Колей-киргизом». Но как-то этот процесс постепенно угас.

Зато республика развернула программу по возврату незаконно вывезенных за рубеж активов. При Генпрокуратуре создан специальный орган, имеющий широкие полномочия. Вместе с тем, идет полным ходом работа по изъятию заводов и фондов у олигархов, связанных с семьей бывшего президента страны Нурсултана Назарбаева. Антикоррупционные службы пытаются в обмен на свободу и прекращение уголовных дел переписать в пользу государства как можно больше активов. На этой ниве особенно постарался Кайрат Боранбаев — экс-сват экс-Елбасы (упраздненный ныне титул лидера нации, которым был наделен Назарбаев). Он заключил сделку со следствием и получил шесть лет колонии за хищения в газовой отрасли, но вскоре наказание ему заменили на ограничение свободы, а затем суд и вовсе решил, что остаток срока бизнесмен проведет по месту жительства. Цена выхода на волю оказалась немаленькой: почти $200 млн активов в пользу государства, $66 млн — отчисления в Фонд поддержки образования, $30 млн — компенсация ущерба по уголовному делу плюс земельные участки и средства на банковских счетах.

В Таджикистане борьба с ОПГ проходила в рамках одного, но весьма громкого дела. Речь идет о похищении замглавы душанбинского «Ориёнбанка» Шухрата Исматуллоева. Жертва — непростой банкир, а приближенный к семье президента республики Эмомали Рахмона. Потому через несколько дней после инцидента МВД даже установило вознаграждение в размере $30 тысяч за любую информацию о финансисте. Но, увы, позже выяснилось, что преступники «перестарались», выбивая у похищенного сведения о его активах. Исматуллоев умер под пытками, его тело нашли в реке на северо-западе Таджикистана спустя больше месяца после гибели.

Что касается преступников, то часть из них оказалась бывшими милиционерами. Некоторых задержали по горячим следам, но лидеру группировки — экс-сотруднику Генпрокуратуры Дилшоду Саидмуродову — удалось сбежать за границу. К слову, его подельник, также успевший покинуть родину, влип в историю в кишиневском аэропорту: у таджикистанца возникли проблемы с документами, и он открыл огонь по работникам воздушной гавани, убив двоих из них. Затем преступника взяли штурмом, позже он умер от полученных при захвате ранений. Что касается главы ОПГ похитителей, то по информации таджикских властей, его задержали в России и экстрадировали в Душанбе. Сейчас материалы следствия переданы в суд, который, возможно, прольет больше света на это похожее на сценарий голливудского боевика дело.

Пожалуй, только Туркменистан обошла напасть в виде оргпреступности. Впрочем, по официальной версии, сюда даже COVID не проник.

Вот так в странах Центральной Азии складывался 2023 год, который стремительными шагами приближается к своему концу.

Будем верить в то, что 2024-й принесет всем нам больше хороших новостей и событий. С наступающим!

Читайте также