Без дураков и без дорог

Станет ли Фаришский район в Узбекистане туристическим раем?

Пандемия еще не закончилась, но Узбекистан изо всех сил стремится наверстать упущенное, раскрывая свой туристический потенциал в изменившемся мире. Для зарубежных гостей и туристов становятся широкодоступными новые, ранее потаенные, уголки первозданной природы и колоритного жизненного уклада, прежде ценимые лишь немногими энтузиастами и краеведами.

Въезд в Фаришский район со стороны Джизака. Все фото Андрея Кудряшова/"Фергана"

В июне 2021 года Кабинет Министров принял постановление №368 «О мерах по развитию водного отдыха и пляжного туризма в Республике Узбекистан» предусматривающее создание рекреационной зоны для водного и экотуризма на берегах озера Тудакуль в Навоийской области и Айдар-Арнасайской системы озер в Джизакской области. «Фергана» тогда 👉 обсудила 👈 очевидные перспективы и проблематику туристического освоения крупнейшего пресного водоема страны, лежащего на восточной окраине пустыни Кызылкум. В ноябре 2021 года корреспонденты «Ферганы» вновь отправились в Фаришский район Джизакской области — на самое ближнее от Ташкента (270 км) побережье озера Айдаркуль, чтобы еще раз оценить туристическую привлекательность этого региона в любое время года, а не только в пляжный сезон.

Со стороны Ташкента в Фаришский район можно попасть только через Джизак — административный центр Джизакской области. На северо-западной окраине к этому городу вплотную подступают скалы Нуратинского хребта, по левую сторону от которого простирается до горизонта чуть всхолмленная, каменистая мергелевая полупустыня. Это и есть Фаришская степь. Даже по «убитой» дороге ехать по ней осенью — одно удовольствие. Уже нет адской жары, а окружающие пейзажи напоминают кадры из фильма Бернардо Бертолуччи «Под покровом небес».

Въездной пост, где еще десять лет назад всех путешествующих изводили дотошной проверкой документов и выяснением цели вояжа, теперь представляет собой гостеприимно распахнутые ворота с маленькой продуктовой лавочкой, и стоящими неподалеку европейскими туалетами с отдельными кабинами и стульчаками – необходимое нововведение, не без труда прививающееся в азиатской стране.

Отсюда до районного центра уже недалеко, меньше 50 километров, поэтому мы сворачиваем с основной дороги на проселочную, увлеченные необычными «дорожными указателями» в форме обо – небольших пирамидок, сложенных из камней. В тюркоязычных регионах такие пирамидки, унаследованные от языческих времен, обычно обозначают близость к священному месту или каким-то природным достопримечательностям, а часто и то, и другое одновременно. Но в этот раз достопримечательностью становится не одна локация, а удивительный скальный массив – Ортачеку.

Оторванная от основного хребта Нуратинских гор миниатюрная цепь островерхих скал протяженностью чуть больше десяти километров поражает воображение иномирной причудливостью своих ландшафтов. Это как будто уменьшенная копия целой горной страны, неспешно объехать которую можно за один световой день, заглядывая во все ее многочисленные ущелья. Неприютные голые вершины фантастических очертаний окружены по периметру тремя неприхотливыми человеческими поселками — Караташ, Нурак и Ана-Муна, демонстрирующими архаичный бытовой уклад вперемежку с приметами современности. Здесь живут в традиционных домах, пасут многотысячные отары овец и коз, пекут хлеб и готовят пищу в тандырах – глиняных печах на дровах, но при этом волнуются о доступности и качестве мобильного интернета.

В одном из самых отдаленных уголков местная бабушка приняла журналистов за ожидаемую ею бригаду монтажников, обещавших со дня на день установить еще одну вышку 4G. А то повсюду вокруг интернет «летает», а ее внукам приходится забираться с планшетом на соседний холм, чтобы поймать сигнал. В другом месте на фоне причудливых скал мы обнаружили передвижной детский сад в переоборудованном автобусе – один из тех, что работают во всех регионах Узбекистана с 2019 года.

При виде инопланетных пейзажей Ортачеку в голову неизбежно приходит мысль о воде. Если вершины Нуратинского хребта достигают высоты 2500 метров над уровнем моря и до середины весны сохраняют снежные шапки, питающие родники и горные саи, то высота местных скал не превышает 1500 метров, и они не имеют устойчивых снежников. Тем не менее, своеобразная геометрия скального массива, складывающаяся в компактный лабиринт острых конусов и создающая сотни квадратных километров впитывающих поверхностей, формирует необходимые условия для подземного водотока.

Даже в катастрофически засушливом 2021 году Ортачеку питает десятки родников в своих окрестностях. Уже к концу лета все горные саи полностью пересыхают, но в ноябре в каждом поселке еще сохраняется заполненный доверху пруд, а во дворах домов полно действующих колодцев с чистой питьевой влагой.

Хотя, конечно, вода здесь – на вес золота. Поэтому здешнее священное место посвящено источнику вод.

ℹ️ Рядом с поселком Караташ расположен мазар (усыпальница) и священная роща Ходжа Богбон Ота. По преданию, этот суфийский отшельник, живший на склонах Ортачеку в начале X века, силой своей праведности, как библейский Моисей, исторг из скалы животворный родник, возле которого посадил дерево шелковицы, тутовника.

Специалисты культурно-исторического общества «Олтин Мерос» («Золотое наследие») относят возникновение культа Богбон Ота к середине XIX века. Однако паломники убеждены, что большой тутовник в священной роще имеет возраст не менее 1000 лет, а мощи святого в мазаре растут, непрерывно увеличиваются в размерах примерно так же, как растет рука Пророка Даниила в знаменитом мавзолее Ходжа Даниёр в Самарканде.

По нашему мнению, ландшафтная и этнографическая привлекательность поселков в окрестностях Ортачеку вполне сравнима с нынешней «столицей этнотуризма» Узбекистана — городом Байсун в Сурхандарьинской области. При том, что Фаришский район в пять раз ближе к Ташкенту, чем Байсун.

Оценив экзотические красоты Ортачеку, мы направились в районный центр в поисках цивилизованного ночлега. Совсем недавно в конце туристического сезона о подобном и мечтать было невозможно. Юртовые лагеря и гостевые дома на берегах Айдаркуля закрываются 1 ноября. Случайно забредшему в более поздние сроки туристу пришлось бы для ночлега возвращаться за 67 километров в Джизак. Но теперь все иначе.

ℹ️ С мая 2021 года в городском поселке Богдон официально открылась первая в Фаришском районе европейская трехзвездочная гостиница – отель «Афруза». Это современный двухэтажный особняк со всеми соответствующими категории удобствами. Двух и трехместные уютные номера за 150 000 ($15) сумов с человека в сутки и комфортный номер-люкс за 200 000 ($20). Приличный завтрак включен в стоимость проживания. Чистые постели. Исправные сплит-системы. Горячие батареи и горячая вода в душе. Отличный Wi-Fi, чем, увы, обычно не могут похвастаться большинство пафосных отелей в Бухаре, Самарканде и Хиве, не говоря уже об остальных регионах Узбекистана. Работающих телеканалов нет, но это искупается свободным просмотром YouTube на телепанели. Отсутствие балконов в номерах верхних этажей можно оправдать экономной конструкцией здания и пыльными ветрами из пустыни Кызылкум. Зато хорошая связь с внешним миром, по нашему мнению, очень важна в удаленном регионе.

К тому же, в самом городе делать туристу пока что особенно нечего. Здесь нет культурных достопримечательностей, исторических памятников древности или средневековья, тенистых городских парков. Пока нет и увеселительных заведений.

Кухня тоже оставляет желать лучшего. На каждом шагу предлагается разливное пиво, но очень мало мест с приличной едой. В регионах, занимающихся животноводством, основные блюда, конечно, мясные. При этом Джизакская область, в отличии от Сурхандарьи и Кашкадарьи, не особенно блещет традициями приготовления мяса.

Мясное блюдо в одном из кафе Богдона

Знаменитая джизакская самса — величиной со среднюю тарелку одна штука, из-за начинки с курдючным салом вообще подходит не всякому желудку, даже местному. Хотя местные иногда еще поливают ее сверху растительным маслом — для большей сытности. Мы нашли небольшое кафе «Океан», где за скромные деньги (в районе $15) можно съесть килограмм вкусного мяса, запеченного в тандыре (тандыр-гушт) или попробовать жареной рыбы из Айдаркуля — сазан или судак. Там уютно и тихо, но только днем. В прочих заведениях даже традиционные мясные блюда узбекской кухни — лагман, шурпа и шашлык, оказались не на высоте и по вкусу, и по цене — по сравнению со средней чайханой где-нибудь в спальном районе Ташкента. Не говоря уже об отсутствии отдельных кабинетов при истошно орущей музыке в общем зале. Дотягивать общепит до уровня, удовлетворяющего европейских туристов, здесь еще только предстоит.

А как вообще называется этот городской поселок — районный центр Фаришского района?..

В Википедии приведена версия, очень популярная и среди узбекистанских гидов. Дескать, великий правитель XIV века Амир Тимур (Тамерлан) желая превратить столицу своей империи Самарканд в самую крупную и роскошную столицу мира, начал давать другим населенным пунктам в окрестностях имена столиц известных государств его времени – Мадрид, Багдад, Каир, Дамаск, Шираз, Султания и Париж. Со временем местный Париж исказился в Фариш.

Эта версия, принадлежащая известному узбекскому историку Гоге Аброровичу Хидоятову (1930-1915) хорошо согласуется с психологией средневековых восточных правителей. К тому же, район современного Самарканда – Матруд, несомненно, получил свое название от Мадрида. Однако во времена Тимура Фаришский район был совсем захолустным, ненаселенным и отдаленным местом, чтобы владыка Самарканда дотягивался до него своим личным вниманием. К тому же Хидоятов нигде и не утверждал, что Тимур назвал именно эту местность Парижем.

Нынешний районный центр некогда был кишлаком Ятак, а с учреждением Фаришского района в составе Джизакской области в середине XX века был переименован в Янгикишлак (Новый поселок), в просторечии называемый Фаришем – в противовес, лежащему от него в 30 километрах вглубь пустыни поселку Эски Фариш (Старый Фариш). Хотя по дороге к последнему можно увидеть указатель с названием Porasht, что можно перевести с фарси как «окруженная крепость».

Указатель на поселок Эски Фариш

Школьный учитель из Эски Фариша Максуд Мадиев считает, что название правильно переводить как «прохладное место» или «место с хорошим воздухом» — по сравнению с окружающей пустыней. А некоторые краеведы и гиды связывают топоним Фариш с персидским «фаришта» — ангел. Таким образом центр будущего туристического региона это на выбор — и Париж, и Буэнос-Айрес и Лос-Анджелес в Кызылкуме. Разумеется, в перспективе.

В 2019 году, в связи с планами построить на южном берегу Айдаркуля первую в Узбекистане АЭС, появились официальные карты, где районный центр с населением до 10 тысяч человек был уже обозначен под названием Богдон и презентовался как будущий наукоград, обещающий до 50 тысяч высококвалифицированных рабочих мест. В каком состоянии находятся планы строительства АЭС на сегодняшний день — официальные источники пока не сообщают. Но погодные и транспортные информеры всемирной сети с тех пор идентифицируют районный центр как Богдон, не иначе. Хотя на въезде в город недавно установили большой макет Эйфелевой башни…

Макет Эйфелевой башни в Богдоне

Мы отправились из Богдона в Эски Фариш не за уточнением топонимики. А для того, чтобы посмотреть своими глазами на традиционные гостевые дома, которые давно набрали рейтинг популярности среди туристов. По дороге машина сломалась. Двигатель экспедиционного Hyundai Starex, до этого уже немало претерпевший на проселках вокруг гор Ортачеку, на ухабах тридцатикилометровой дороги в Старый Фариш потерял трубку охлаждения. Благо в Эски Фарише есть небольшой автосервис, постоянно работающий, поскольку здесь он жизненно необходим.

К слову сказать, состояние автомобильных дорог в Джизакской области, как и в большинстве регионов Узбекистана, пока что является одним из основных инфраструктурных препятствий для развития индивидуального и экологического туризма.

Качество дорожного покрытия

Один из известных гостевых домов в Нуратинских горах – «Замира» в Эски Фарише. Вот он – как раз для любителей настоящей экзотики и этнографии. Полностью аутентичный сельский дом, внутри которого можно спать и на кровати, но в группе более двух человек скорее всего придется ложиться на пол, постелив под себя курпачи – традиционные стеганные матрасы. И в этом нет ничего плохого. ℹ️ Курпачи очень мягкие, теплые и красивые. Пищу вам будут готовить во дворе на открытом огне или сзади дома в тандыре. При этом здесь есть европейские туалеты и душевые с нагревом от солнечных батарей.

Покидая гостеприимный край, мы не могли не посетить воскресный базар в поселке Ана-Муна. В сельской глубинке базар – это все. Гипер-гипермаркет под открытым небом, где одновременно продаются ненужные вещи, как на барахолке, и модная одежда, как в бутике, устаревшая домашняя техника и продукты питания оптом, мясо и овощи, кони, козы, бараны и сено-солома для них. Если хочешь увидеть, чем и как живет большинство людей в конкретном регионе страны под названием Узбекистан, надо смотреть вокруг себя на таком вот базаре.

А рядом, всего в десяти километрах, плескались волны Айдаркуля — потаенного моря пустыни. Его просторы прекрасны в любое время года, в любую погоду.

Средневековая (X век) плотина Ханбанди

  • Сколько стоят продукты в Самарканде и где лучше отовариваться

  • Какие запреты успели ввести талибы после захвата власти в Афганистане

  • В Самарканде обсудили перспективы Зарафшанского национального природного парка

  • Журналист и писатель Игорь Рабинер — о впечатлениях от Узбекистана, мастер-классах и спортивной миграции