Лиза Шамс, скончавшаяся в феврале. Ее семья считает, что она была убита своим мужем, Хасибуллой Сарвари. Фото The Guardian.
В Афганистане при власти талибов* сложилась система, фактически гарантирующая безнаказанность мужчинам, убивающим женщин в собственных семьях. Как выяснили журналисты The Guardian совместно с редакцией Zan Times, работающей в изгнании и через сеть журналисток внутри страны, речь идёт о десятках задокументированных случаев в разных провинциях страны.
Журналистки собрали данные о 231 случае гибели женщин в 10 из 34 провинций Афганистана с момента прихода талибов к власти в августе 2021 года. 174 случая были зафиксированы местными СМИ, ещё 57 задокументированы самими репортёрами и ранее нигде не публиковались. Наибольшее число погибших пришлось на провинции Джаузджан (36), Герат (32), Бадахшан (28) и Газни (26). Возраст жертв — от пяти до 65 лет. Семь из десяти погибших — 165 из 231 — были домохозяйками без собственного дохода и без каких-либо институциональных возможностей защитить себя от домашнего насилия.
Из 231 случая аресты были произведены лишь по 58, а задержанных нередко отпускали уже через сутки. Более чем каждая пятая смерть официально была квалифицирована как самоубийство, даже когда имелись очевидные признаки насильственной гибели. По словам медицинской работницы из Джаузджана, тела многих женщин, поступавших в больницу с ярлыком «самоубийство», были покрыты ранами и синяками от побоев.
Одна из центральных историй расследования — гибель 33-летней Лизы Шамс, скончавшейся 1 февраля. В голосовых сообщениях, записанных незадолго до смерти, она рассказывала, что муж Хасибулла Сарвари избивал её во время беременности и держал в изоляции. Судебно-медицинский отчёт зафиксировал многочисленные переломы скуловых костей и стенок пазух, обширные гематомы и травмы по всему телу, однако официальной причиной смерти было указано отравление крысиным ядом. Вскрытие не проводилось — по утверждению отца Лизы, на этом настояла семья мужа. Родственники супруга не ответили на вопросы журналистов, но утверждают, что женщина покончила с собой.
Другой случай — гибель 33-летней Фрешты Эмади, сотрудницы одного из агентств ООН в Кабуле, найденной мёртвой у себя дома 31 мая. Муж заявил талибской полиции, что она покончила с собой из-за психического расстройства, однако пятеро знакомых погибшей рассказали журналистам, что она 15 лет подвергалась побоям и удушению; одна из коллег вспоминает угрозы мужа перерезать ей горло.
Расследование показывает и то, что за попытку защитить дочерей платят и их родственники. В провинции Кандагар 14-летняя девочка, выданная замуж за мужчину значительно старше её, сбежала от насилия к отцу; в октябре 2024 года муж — действующий член движения «Талибан»* — застрелил её и смертельно ранил младшего брата, пытавшегося вступиться. Дело было заведено, но арест так и не был произведён. В провинции Сари-Пуль в мае была убита 16-летняя Сара и её мать Чаман, врач с иранским образованием, отказавшаяся отдавать дочь местному талибскому чиновнику без оговорённого калыма: женщины были застрелены, подозреваемого задержали после облавы.
Институциональная защита женщин после августа 2021 года была фактически ликвидирована. Талибы упразднили Министерство по делам женщин, специальную прокуратуру по делам о насилии в отношении женщин и сеть приютов, отстранили около 250 женщин-судей и отправили домой женщин-прокуроров. Генеральная прокуратура, прежде собиравшая статистику убийств женщин, была упразднена в 2023 году, и никаких данных на этот счёт нынешние власти не ведут.
Новый уголовный кодекс талибов ограничивает наказание для мужа, избившего жену до видимых травм — включая переломы, — 15 сутками ареста. Если же женщина уходит в дом родителей без разрешения мужа, а семья отказывается вернуть её по требованию, и она сама, и её родственники могут получить до трёх месяцев тюрьмы. Афганское законодательство больше не позволяет женщине быть непосредственной стороной в собственном деле — так, в провинции Тахар мать 23-летней женщины, которую в мае 2025 года зарезал и поджёг муж, получила распоряжение суда передать доверенность на ведение дела своему супругу, «поскольку женщина не может быть прямой стороной в заявлении или деле».
Согласно опубликованному в июне 2025 года Гендерному индексу Афганистана структуры «ООН-Женщины», ещё до прихода талибов масштабы гендерного насилия в стране почти втрое превышали среднемировые: в 2018 году около 35% афганских женщин сообщали о насилии со стороны партнёра за последний год против 13% в мире.
Авторы расследования подчёркивают, что 231 задокументированный случай — не полная статистика убийств женщин в Афганистане, а лишь срез, показывающий закономерности и масштаб безнаказанности. В нескольких провинциях журналистки получали угрозы после попыток связаться с семьями погибших. Отец Лизы Шамс, публикующий записи и медицинские документы дочери в социальных сетях, рассказал, что его дочерей, отвёзших Лизу в больницу, вызвали к талибам, и теперь они скрываются.
*Организация признана террористической и запрещена в ряде стран.
