Кыргызстан как «страна-прокладка»

Международная исследовательская организация Open Source Centre совместно с аналитиками блокчейна из компании TRM Labs опубликовала расследование о российской сети «А7» — финансовой инфраструктуре, созданной для обхода санкций и расчётов с зарубежными поставщиками в обход заблокированных для России банковских каналов (Open Source Centre).

Авторы выстроили картину на основе утечки внутренней переписки, SWIFT-сообщений, инвойсов и программного кода сети. Сеть «А7», по их данным, контролируется беглым молдавским олигархом Иланом Шором в партнёрстве с подсанкционным российским Промсвязьбанком (ПСБ) — опорным банком оборонного сектора РФ — и пользуется поддержкой Кремля и госкорпорации ВЭБ.РФ. Центральным «шлюзом» этой системы расследование называет Кыргызстан, а ключевым звеном в Бишкеке — государственную компанию.

Речь идёт об ОАО «Торговая компания Кыргызской Республики» (ТККР). Согласно документам, компания была создана не как частная фирма, а решением государства: распоряжением кабинета министров №499-Р от 23 августа 2024 года и зарегистрирована 10 сентября того же года, причём её единственным учредителем выступило министерство экономики и коммерции Кыргызстана (Минэкономики КР).

В сообщении ведомства задачи ТККР описывались как организация и контроль международных расчётов, валютных переводов и операций с зарубежными контрагентами, в том числе по сделкам, при которых товар физически не пересекает границу Кыргызстана; компании прямо разрешалось «взаимодействовать со всеми коммерческими банками без ограничений», а другие кыргызские фирмы такого профиля обязали проводить операции через неё.

Директором ТККР в корпоративных документах указан Жанышбек уулу Назарбек — бывший руководитель отдела тестирования бишкекской ИТ-компании Finance Soft, чьими клиентами значились Capital Bank, Российско-кыргызский фонд развития и Аманбанк. При этом, как отмечает OSC, сам сайт государственной ТККР администрировала ИТ-команда «А7».

По оценке расследователей, именно через ТККР проходил основной объём трансграничных расчётов сети: компания фигурирует примерно в 1400 векселях из внутреннего реестра «А7» и числится плательщиком в 1539 SWIFT-операциях в юанях и долларах под внутренним кодом «PKG001».

По данным внутреннего реестра, с сентября 2024 по июль 2025 года сеть «А7» провела через свои инструменты более 2,1 трлн рублей (около $25 млрд) на расчёты с поставщиками по всему миру; по более поздним заявлениям самой «А7», к настоящему времени этот показатель превысил 6 трлн рублей — свыше $84 млрд.

Авторы подчёркивают, что вторая цифра — собственная оценка сети, а не независимо подтверждённый показатель: за десять месяцев работы Илан Шор сам называл Владимиру Путину более 7,5 трлн рублей расчётов (EADaily).

Отдельно по ТККР внутренняя презентация «А7» и Промсвязьбанка заявляла о почти $18,5 млрд, прошедших через компанию к апрелю 2025 года, тогда как собственный консервативный расчёт OSC по номиналу даёт порядка $8 млрд.ТККР, по описанию доклада, действовала не в одиночку: рядом с ней работал «куст» кыргызских фирм-прокладок, фигурирующих в почти 1500 векселях, — в их числе ОсОО «Талас Глобал Мерчантс» (Talas Global Merchants), ОсОО «Кыргыз Фронт Трэйдинг Ко.» (Kyrgyz Front Trading Co.), ОсОО «ИКЕЛЬ ТРЕЙД» (Ikel Trade), ОсОО «Бит Юни Брокер» (Bit Uni Broker), ОсОО «Куш Трейдинг Групп» (Kush Trading Group), ОсОО «Алай Нексус Трэйд» (Alai Nexus Trade), ОсОО «Баухиния» (Bauhinia) и ОсОО «Тиллабай» (Tillabay).

Часть из них, как и компания Kifiko, держала счета не только в Кыргызстане, но и в самом Промсвязьбанке, получая туда средства, в том числе для последующей переброски другим кыргызским фирмам.

ℹ️ Без банковской системы Кыргызстана схема была бы невозможна, и здесь, по версии расследования, не обошлось без участия государства. Через кыргызские банки сеть конвертировала рубли и расплачивалась с поставщиками в долларах, дирхамах и юанях.

В докладе названы Керемет Банк, Capital Bank of Central Asia, Элдик Банк (Eldik Bank), Айыл Банк (Aiyl Bank) и Евразийский сберегательный банк (Eurasian Savings Bank).

История с двумя первыми особенно показательна. В Керемет Банке осенью 2024 года, одновременно с запуском «А7», сменилось руководство: 17 сентября правлением возглавила Татьяна Куржей, ранее работавшая в казахстанском Евразийском банке, который молдавская разведка связывала с переводом средств окружения Илана Шора.

25 декабря 2024 года Минфин Кыргызстана продал контрольный пакет Керемет Банка люксембургской Altair Holding SA; американский OFAC, вводя против банка санкции, указал, что этот пакет «связан с российским олигархом, имеющим связи с российским правительством». После санкций против Керемета сеть, по данным OSC, переключилась на Capital Bank of Central Asia, который 1 апреля 2025 года был национализирован Кыргызстаном, а спустя три дня его правление возглавил бывший зампред Керемета Кантемир Чалбаев; Нацбанк объявил Capital Bank эксклюзивным расчётным банком.

Позднее Capital Bank попал под санкции Великобритании, а Евразийский сберегательный банк — под санкции ЕС в ноябре 2025-го и Великобритании в мае 2026-го за участие в обходе санкций.

Конкретный пример того, что скрывалось за кыргызским транзитом, — расчёты в интересах российского ООО «Рустакт» (Rustakt LLC), поставщика FPV-дронов-камикадзе «Судный день», связанного, по данным авторов, с военной разведкой РФ. В декабре 2024 — январе 2025 года московская «А7» выпустила векселя более чем на 1,5 млрд рублей в адрес «Рустакта», а погашала их именно ТККР — менее чем за неделю до одного из платежей Евросоюз внёс «Рустакт» в санкционный список за поддержку российской программы беспилотников (Council Regulation (EU) 2024/3192).

Дальше, как описывает доклад, между кыргызской компанией и китайским поставщиком «Рустакта» — Shenzhen Minghuaxin Technology Co Ltd — оформлялся комплект реальных и фальшивых документов: в поддельных инвойсах значились детские автокресла, браслеты и LED-лампы, тогда как реальные счета китайского поставщика — на почти 11 млн пластиковых креплений и 55 тысяч плат управления, то есть компоненты для боевых дронов.

К марту 2025 года платежи уходили со счетов ТККР в Бишкеке на счета Shenzhen Minghuaxin в Китае, что подтверждается соответствующими SWIFT-сообщениями. Маскировку обеспечивало и собственное ПО сети — приложение «Invoicer», программно «вычищавшее» российские следы из торговой документации и подменявшее товарные позиции на безобидные.

Расследование описывает и прямое участие официального Бишкека в продвижении ТККР. Тогдашний министр экономики и коммерции Данияр Амангельдиев на брифинге 3 октября 2024 года публично рекомендовал бизнесу обращаться по вопросам трансграничных платежей на сайт компании — тот самый, которым, по данным OSC, управляла ИТ-команда «А7». В декабре 2024 года глава кабмина Акылбек Жапаров подписал поправки, разрешившие ТККР открывать дочерние структуры за рубежом (важно не путать его с президентом страны Садыром Жапаровым — это разные люди). Вскоре ТККР зарегистрировала компанию MiddleAsiaTrade House Kft в Будапеште (декабрь 2024 года, счета в венгерском MBH Bank, расчёты в евро) и фирму Kyrgyz Trading Company Bahrain W.L.L. в Бахрейне (январь 2025 года, 99% у ТККР, единственный директор — тот же Назарбек). Параллельно Амангельдиев в феврале 2025 года ездил в Венгрию обсуждать сотрудничество, в том числе с ТККР, а президент Садыр Жапаров встречался с Виктором Орбаном в Будапеште 20 мая 2025 года; в апреле 2025-го Жапаров посещал Бахрейн и предлагал создать в Кыргызстане исламский банк.

Доклад фиксирует и более чувствительные эпизоды, которые авторы излагают осторожно. Во внутренней переписке сети среди «VIP-пользователей» закрытого мессенджера значится логин, привязанный к имени «Жапаров Акылбек Усенбекович», и для этого пользователя ИТ-команда «А7» создала кыргызский VPN; при этом авторы прямо оговаривают, что не могут подтвердить тождество с реальным главой кабмина.

Отдельный сюжет — президентские самолёты: по кредитным соглашениям из утечки три бизнес-джета Gulfstream и вертолёт AgustaWestland приобретались лицами, связанными с «А7» и молдавской «кражей века» 2014 года, а два борта — Gulfstream G650ER (TC-MZE) и Gulfstream G450 (TC-KRG) — сегодня эксплуатируются турецкой Zafer Air в интересах правительства Кыргызстана.

По данным трекинга, именно на этих самолётах Садыр Жапаров летал на парад Победы в Москву 9 мая 2025 года, в Будапешт к Орбану, а в декабре 2025-го — в Токио и в Санкт-Петербург на встречу с Владимиром Путиным.

Молдавское издание RISE сообщало о передаче этих бортов 11 марта 2026 года; от Жапарова и его пресс-службы комментарии получены не были. Власти Кыргызстана в целом отрицали причастность к делам Илана Шора.

Сама ТККР была официально ликвидирована приказом Минюста Кыргызстана 10 февраля 2026 года — по оценке OSC, под нарастающим внешним давлением. Но к этому моменту, как следует из доклада, она уже сыграла свою роль.

Вывод авторов сводится к тому, что Кыргызстан стал для России не просто удобной юрисдикцией с одной подставной фирмой, а «захваченным государством» (captured state): страна предоставила сети институциональную и финансовую инфраструктуру — государственную компанию, банки с доступом к корреспондентским счетам и SWIFT, а также политическое прикрытие, — через которую российский капитал возвращался на мировые рынки под чужим флагом.

Это интерпретация исследователей, и часть фигурирующих имён связана с обвинениями, которые причастные стороны отвергают; вместе с тем документированная фактура расследования показывает, что обход санкций в данном случае опирался не столько на криптовалюту, сколько на традиционные банковские расчёты и на встроенность отдельных государственных институтов Кыргызстана в эту схему.