Свободные от цивилизации

Таджикские цыгане-люли отправляют детей в школу и меняют уклад жизни
Улица в селе Заркорон. Фото Тилава Расул-заде

В этом году стены девятилетней общеобразовательной школы №68 села Заркорон Восейского района Таджикистана покинут первые выпускники — 18 юношей и девушек. Школа эта примечательна тем, что в ней учатся представители одной этнической группы — среднеазиатских цыган-люли (джуги). Еще несколько лет назад эта школа была четырехлетней. В местах компактного проживания люли, как правило, строили только начальные школы, поскольку цыганские дети или вовсе не посещали их, или бросали после четвертого класса, а затем вместе со взрослыми принимались попрошайничать. Исключением были те люли, которые жили среди таджиков и обучались в таджикских школах, — некоторые из них доучивались до конца 11-го класса и получали аттестат зрелости. Но таких были единицы. Поэтому к нынешним девятиклассникам в селе Заркорон особое отношение. Корреспондент «Ферганы» отправился в Восейский район, чтобы узнать, что изменилось в жизни местных люли.

Кишлак Заркорон находится примерно в 190 километрах от Душанбе. В нем около 1000 домохозяйств, живет там тысяч пять человек — но это предположительно, переписи давно не было. Единственная в селе школа №68 расположена в одноэтажном здании. Она была построена в 2006 году как начальная, а до тех пор в довольно большом кишлаке, населенном цыганами-люли, учебного заведения и вовсе не было. В 2015 году по решению районной администрации школа была преобразована с среднюю с девятилетним образованием.

В школе только четырех учебных класса. Столовой, библиотеки, спортивного зала нет. Уроки физкультуры в зимний период проводятся прямо в классах. Из-за нехватки помещений преподаватели вынуждены были освободить учительскую и сделать ее пятой учебной аудиторией. Сейчас в школе обучаются 195 учеников в две смены: пять старших классов — до полудня, а четыре — во второй половине дня. Им преподают 18 учителей, 10 из которых имеют высшее образование. Мальчиков в школе заметно больше, чем девочек.

Бросать нельзя учиться

Директор школы №68, выпускник Таджикского педагогического университета имени Айни Мухаммади Назарали руководит ею с прошлого года. До него директором был Навруз Рахмонов, который ныне занимает должность инспектора отдела народного образования Восейского района. Оба встретили меня по приезде в село.

— Раньше, когда школа была четырехлетней, после ее окончания ученикам рекомендовали перейти в общеобразовательные школы других сел. Но почти никто из них не продолжал учебу хотя бы до девятого класса, чтобы получить аттестат, который позволяет поступить в колледжи, лицеи и профтехучилища. Мы ведем работу с семьями, чтобы дети не бросали учебу после четвертого класса. Есть родители, которые и вовсе не считают нужным, чтобы их дети учились. Поэтому в нашей школе пока всего около двухсот учеников. Если все дети школьного возраста в селе будут вовлечены в учебу, то в каждой параллели должно быть три-четыре класса.

Проблема еще и в том, что многие дети в кишлаке вплоть до школьного возраста и старше не имеют свидетельства о рождении. И когда родители приходят к нам и просят принять ребенка в школу, приходится им объяснять, что мы не можем принять ребенка без свидетельства. Мы даже обратились в отдел ЗАГС нашего джамоата (сельской управы) имени Мирзоали Вайсова, просили их направлять к нам своих сотрудников, чтобы тут, на месте, сначала узаконить брак родителей, а затем выписать детям свидетельства о рождении, — говорит Мухаммади Назарали.

Мухаммади Назарали. Фото Тилава Расул-заде

Местные власти знают о проблемах школы — тесноте, отсутствии библиотеки, спортзала?

— Я собрал актив села и обговорил вопрос строительства библиотеки и медцентра рядом со школой. Они дали добро и согласились внести свой вклад в это дело. В ближайшие дни я намерен встретиться с руководством нашего джамоата, хочу попросить земельный участок под строительство этих зданий, а построить можем и сами хашарным методом (хашар — добровольные общественные работы по благоустройству.Прим. «Ферганы»).

Что касается спортзала, то в весеннее, летнее и осеннее время до холодов наши ученики занимаются спортом на местном стадионе. Здесь обычно по вечерам тренируется футбольная команда «Заркорон». А днем мы можем свободно использовать стадион для проведения уроков физкультуры. Недавно, кстати, команда «Заркорон» сыграла матчи с командами других сел Хатлонской области и одержала победу. Капитан команды принес в школу завоеванный кубок и попросил беречь его, — продолжает Назарали.

— Насколько я знаю, до празднования 30-летия независимости Таджикистана, то есть до сентября 2021 года, на территории школы будут построены еще два дополнительных ученических класса, — подключается к нашему разговору бывший директор школы №68 Навруз Рахмонов.

Ученики оказались не очень многословными. Лишь две выпускницы ответили, что хотели бы стать медсестрами. Юноши же говорили, что еще не определились, чем будут заниматься.

— Для того чтобы они учились, нужна воля и поддержка родителей. Ведь они должны оплатить сдачу тестов в Национальном центре тестирования, чтобы поступить в какой-нибудь колледж. На учебу, проживание, транспорт, карманные расходы тоже нужны деньги, — говорит местный журналист Билоли Шамс, который сопровождал меня в поездке в Восе. — Думаю, что со временем в любом случае будет прорыв в мышлении и менталитете общины люли. Ведь они каждый день ходят по крупным городам и воочию видят, как живут люди в поселке и городе. И некоторые уже сами стремятся получить образование.

— Да, в выборе дальнейшего пути, особенно у девушек, важную роль играют родители и старейшины общины. Что касается финансовых возможностей, то у многих люли они есть. Среди жителей только села Заркорон более 50 человек совершили паломничество в Саудовскую Аравию. Несомненно, в хадж могут поехать только состоятельные люди, — отмечает Мухаммади Назарали.

Без паспорта, но с коровами

Более-менее оседлый образ жизни среднеазиатские цыгане стали вести только при СССР — со второй половины ХХ века. До этого люли не имели никаких удостоверяющих личность документов. Советская власть принуждала, но так и не смогла «приучить» люли регистрировать браки, рождение детей, получать паспорта. До сих пор многие из них не имеют этих документов.

— Люли женятся обычно в 18-20-летнем возрасте. Молодожены не узаконивают свой брак в ЗАГСах. В последние годы руководство района стало жестче следить за тем, чтобы этнические люли в обязательном порядке регистрировали свои отношения, — поясняет Навруз Рахмонов.

Большинство люли официально нигде не работают, не ведут активной общественной жизни, малограмотны, живут по несколько семей в одном доме. Как правило, женщины являются основными кормилицами семьи. Они собираются группой и едут на «заработки» (как правило, попрошайничать) по районам и областям республики. Такая поездка может продолжаться от недели до месяца. В это время мужчины ухаживают за домашним скотом. В Заркороне каждая семья содержит по 3-4 коровы и быка. Молодые ребята также занимаются ювелирным делом, ремонтом швейных машин, радио и телевизоров, а женщины — еще и шитьем.

В селе Заркорон. Фото Тилава Расул-заде

Родным языком среднеазиатские цыгане считают таджикский (к слову, и в паспортах некоторые из них записывают себя таджиками). Но многие в Заркороне свободно говорят и на узбекском языке.

— Люли очень сплоченные. Они поддерживают связи с представителями своего этноса, проживающими в других районах Таджикистана и соседнем Узбекистане. Если кто-то из них умирает, сообщают всем знакомым и родственникам. Хоронят по мусульманским обычаям. В Восейском районе, помимо Заркорона, люли живут еще в двух селах — Тугарак и Курбошахид. Среди жителей этих сел много родственников. Из-за того, что раньше среди люли грамотных людей были единицы, они избирали из их числа своих представителей — старейшин, которые были уполномочены вести диалог с властями. Сейчас, насколько я знаю, такого аксакала в Заркороне нет, — говорит Рахмонов.

Осыпающиеся стены, засоленная земля

Один из старожилов села, 70-летний Рахмонали Халосов, родился в селе Заркорон, работал трактористом, а затем — бригадиром в местных колхозах. В 2006 году, когда в селе построили школу для начальных классов, устроился там сторожем. В 2013 году Халосов вышел на пенсию и отправился в хадж. Теперь его называют Ходжи Рахмонали (титулом «ходжи» наделяют мусульман, совершивших паломничество в Мекку.Прим. «Ферганы»). У него семь сыновей и две дочери. Обе дочки и два сына живут отдельно, остальные — в родительском доме, который находится рядом со школой.

Двор дома Рахмонали Халосова. Фото Тилава Расул-заде

— У меня маленький участок — всего четыре сотки, на которых живут шесть семей — всего 28 человек, — показывает Ходжи Рахмонали глинобитные постройки в своем дворе. — Я и моя супруга — пенсионеры. Размер моей пенсии составляет 300 сомони ($30). Столько же получает моя жена. Сыновья нигде не работают. Из пяти невесток три работают в школе уборщицами. Нас выручает содержание домашнего скота. Мы обращались к местным властям по поводу выделения земельного участка. Они предложили моим сыновьям участок в местечке Олимтой. Но там нет ни света, ни воды, поэтому мы от него отказались.

Большинство домов в Заркороне построены из саманного кирпича. Стены многих домов выглядят обшарпанными.

— Здешняя почва, которой штукатурят дома, стала солончаковой, а если в составе глины много соли, то штукатурка долго не держится на стенах и отпадает. В последние лет 40 дренажная система в селе не чистилась, повысился уровень грунтовых вод и произошло засоление почв. Наша почва уже почти непригодна для выращивания сельскохозяйственных культур. Об этом столько раз говорили руководству джамоата и района, но никакой реакции от них не последовало, — сетует Рахмонали Халосов.

Рахмонали Халосов. Фото Тилава Расул-заде

Что еще в первую очередь нужно сделать в селе ?

— Скорее построить центр здоровья или хотя бы медпункт. Ведь в селе проживают около пяти тысяч человек. Нам нужны хотя бы один врач и акушерка. До сих пор мы вынуждены возить женщин на роды в райцентр или город Куляб. Многие наши женщины рожают дома. Например, мои три невестки рожали дома, и мы каждый раз вызывали акушерку из соседнего села. Надеемся, что выпускницы местной школы поступят в медколледж, вернутся работать в село и будут принимать роды у наших женщин, — говорит Халосов.

Напоследок Ходжи Рахмонали сказал, что люли хотели бы перемен, и образование им не чуждо, но чтобы переломить вековые устои, им нужна помощь.

— Надеюсь, после вашей публикации в жизни села Заркорон наступят какие-то перемены. Мы хотели бы работать, но нужны рабочие места. Вся наша молодежь сидит без дела. Мы слишком отстали от цивилизации...

Читайте также
  • В Туркменистане пытаются одновременно отрицать COVID-19 и бороться с ним

  • Вторая волна пандемии COVID-19 вызвала в Узбекистане реальную панику

  • Из-за чего коронавирус в Киргизии побеждает

  • Китайцы воруют друг у друга экзаменационные результаты, чтобы сделать карьеру за чужой счет