Между мужским и женским (18+)

Им нужны дорогие операции, общество их отторгает, а родители часто не понимают: как живут интерсексы в Киргизии
Надпись на футболке - "Интерсекс - это прекрасно". Фото с сайта Newnownext.com

Девочка с мужским именем Жаныш (здесь и далее имена героев изменены. — Прим. «Ферганы») родилась с гениталиями мужского и женского полов, врожденной патологией мочеполовой системы и атрезией — отсутствием анального прохода. Чтобы ребенок смог выжить, хирурги джальской больницы сделали ему колостому: кишечник вывели через специальное отверстие в теле, и организм смог освобождаться от физиологических отправлений. В таком состоянии малыш находился, пока ему не исполнилось полтора года. После этого кыргызстанские врачи рекомендовали направить Жаныша на лечение за рубеж, поскольку этот случай требовал высокотехнологического медицинского оборудования, которого в стране нет.

Родители Жаныша — простые люди из сельской местности. Ни с чем подобным они ранее не сталкивались и не знали, что делать с малышом. Тем не менее они рассказали о своей проблеме в соцсетях, разместили фотографии ребенка, пытались по мере сил объясняться с людьми, желающими помочь. После долгих обсуждений родители выбрали в качестве лечащего врача специалиста в Сербии. Он проведет многоэтапную операцию по восстановлению тазового дна и, возможно, сделает косметическую коррекцию, которая поможет определить будущую гендерную идентичность ребенка. На все это потребуется не менее $80 000.

«Девочка-козел»

В местной больнице Жаныша по старинке называли гермафродитом. Правда, сегодня этот термин используется редко — он во-первых, морально устарел, во-вторых, вносит путаницу в понимание природы интерсексов. Но что же это за феномен и кого именно так называют?

Интерсекс-людьми или просто интерсексами сейчас называют тех, чей биологический пол при рождении нельзя однозначно определить как мужской или женский.

Слово «интерсекс» не означает обязательное наличие признаков обоих полов, оно означает любые половые признаки, которые отличают их носителя от типичного мужчины или женщины. Количество половых хромосом, гормональный уровень и развитие репродуктивных органов интерсексов не соответствуют традиционным представлениям о делении на мужское и женское. (Кстати сказать, бывают такие конфигурации хромосом, при которых интерсексуальность может внешне и не проявляться).

Статистика Всемирной организации здравоохранения говорит, что интерсекс-люди составляют от 0,5 до 1,7% от общей численности населения планеты. Если экстраполировать эту статистику на Кыргызстан, то получается, что в стране имеется как минимум тридцать тысяч интерсексов — а то и больше. При этом к врачам со своей проблемой обращается буквально считанное количество таких людей.

Очевидно, малое количество обращений объясняется и тем, что некоторые интерсекс-вариации не имеют физических проявлений. Такие люди чувствуют себя сравнительно комфортно, не видят необходимости обращаться к врачам и, таким образом, не попадают в общую статистику.

Примерно такая история случилось с Сашей. Ей 21 год, по документам она гражданка России, ее родственники со стороны матери родом из Киргизии. При рождении биологический пол ребенка определили как женский и дали новорожденной имя Света. Однако по мере приближения пубертатного возраста у девочки стали проявляться мужские черты.

Сейчас Саша позиционирует себя как мужчина и задумывается о пластической операции. Правда, скорее всего, Саша не сможет ее себе позволить из-за низкого заработка — он работает автомойщиком. На личную жизнь Саши этот факт не особенно влияет, по его словам, он часто встречается с девушками. Кроме того, он не стыдится себя, поскольку в его семье такая особенность встречается почти в каждом поколении. У него перед глазами похожий пример — тетя, которая много лет спокойно уживается со своим особенным телом.

Однако случай Саши скорее исключение из правил. В Киргизии гендерная нестандартность переживается непросто и обычно вызывает негативную реакцию у окружающих. Чересчур женственных мужчин или, напротив, мужественных девушек здесь зовут «кызтеке» («кыз» — девочка, «теке» — козел). Это слово иной раз используют даже работники медицины, хотя оно, конечно, является оскорбительным.

Фото с сайта Europa.eu

Надо сказать, что интерсексы часто сталкиваются с давлением не только общества, но и родственников, — как правило, начинается это еще в подростковом возрасте, когда «дополнительные» признаки проявляются достаточно отчетливо.

Так, корреспондент «Ферганы» узнал о случае, когда интерсекс-подростка попытались принудить к косметической операции. Родители воспитывали Акылай как дочь, поскольку при рождении первичные половые женские признаки у ребенка были более выражены, чем мужские. Однако, когда настал подростковый период, Акылай заявила, что чувствует себя мужчиной, а не женщиной. Родные не придали этому особого значения, полагая, что это лишь подростковые переживания, свойственные возрасту. Однако по достижении совершеннолетия родные заговорили с Акылай о замужестве, перед которым, по их словам, нужно было провести операцию по удалению мужских первичных половых признаков.

Забегая вперед, скажем, что в итоге все закончилось благополучно. Акылай стал Акылом, и ему удалось избежать насильственного хирургического вмешательства, так как он вовремя обратился за помощью. Благодаря вмешательству правозащитных организаций операцию удалось отменить. Семье объяснили, кто такие интерсексы, и Акыл смог помириться с родителями. Хотя отцу до сих пор сложно считать своего ребенка сыном, а не дочерью.

В целом на улаживание конфликта понадобилось несколько месяцев. Сейчас Акыл готовит документы, чтобы поменять свое женское имя на мужское.

«Если у меня физиологически более развиты женские половые органы, чем мужские, это не всегда значит, что я должен быть женщиной, — говорит Акыл. — Я с самого детства родился мальчиком, чувствовал себя мальчиком и, вообще, у меня есть девушка. При этом я не лесбиянка, я гетеросексуал. Но, к сожалению, моя семья рассуждала по-другому. Им казалось, что я девушка. И поэтому они хотели выдать меня замуж, а не женить. К счастью, все это в прошлом. Но моей семье до сих пор сложно говорить о моей женитьбе. Жду получения нового паспорта. Возможно, это поможет им принять меня в качестве мужчины».

Не девушка, а гей

Интерсексам, как правило, сложно говорить о своем статусе. Их часто путают с трансгендерами, а для большинства людей они и вовсе являются чем-то диковинным. Вот еще одна показательная история. Двадцатичетырехлетний интерсекс Амантай не делал никаких пластических операций и, более того, не считает это необходимым.

«Я долго боялся говорить близким, что я интерсекс-парень, об этом знала только моя мама, — рассказывает Амантай. — После родов врач сказал ей, что у нее родился гермафродит. Он, однако, посоветовал не обращать на это внимания, а просто наблюдать, какими окажутся гендерное самовыражение и гендерная идентификация у ребенка в будущем. Моя мама никогда не говорила мне, что я мужчина или женщина. Она всегда говорила, что я сам могу определить свой пол. Вот такая у меня крутая мама...»

Амантай смеется, потом снова становится серьезным.

«В подростковом возрасте я признался маме, что мне нравятся парни, — продолжает Амантай. — Она улыбнулась и сказала, что, наверное, я девушка. Когда мне исполнилось 18 лет, я начал замечать, что не чувствую себя девушкой. Но при этом меня тянуло к парням. В возрасте 20 лет я признался маме, что я гей. Позже я сделал такое же признание родным сестрам. Они меня приняли таким, каков я есть, и по сей день оказывают мне поддержку. Я не планирую операции по удалению тех или иных половых признаков, потому что не чувствую в этом необходимости. Я чувствовал и чувствую себя парнем, а наличие признаков обоих полов или их отсутствие ничего не значит. Самое главное — меня поддерживает моя семья и мой парень, чему я безмерно рад».

Следует сказать, что в Кыргызстане даже проводятся реконструктивные пластические операции интерсекс-детям, хотя по понятным причинам это и не афишируется.

По мнению юриста и эксперта по гендерным вопросам Надежды Пригоды, коррекция и изменение половой принадлежности у несовершеннолетних при наличии медицинских показаний и согласия родителей вполне возможны и не противоречат закону КР «Об охране здоровья граждан в Кыргызской Республике». Закон этот, в частности, предоставляет гражданам возможность изменения и коррекции половой принадлежности.

Согласно статье 38 вышеназванного закона «изменение, коррекция половой принадлежности проводятся в организациях здравоохранения путем медицинского вмешательства по желанию совершеннолетнего пациента в соответствии с медико-биологическими и социально-психологическими показаниями в порядке, определяемом уполномоченным государственным органом Кыргызской Республики в области здравоохранения».

В 2017 году экспертным советом по оценке качества клинических руководств/протоколов было принято «Руководство по оказанию медико-социальной помощи трансгендерным, транссексуальным и гендерно-неконформным людям» для медицинских специалистов всех уровней здравоохранения и других ведомств Кыргызской Республики (утверждено приказом Министерства здравоохранения за № 42 от 18.01.2017 года).

Согласно руководству трансгендерным, транссексуальным, гендерно-неконформным людям необходимо, во-первых, пройти медицинское освидетельствование в Республиканском центре психического здоровья для установления диагноза, во-вторых, получить медицинское заключение по форме №048/у (по результатам психолого-психиатрического освидетельствования трансгендерных, транссексуальных, гендерно-неконформных людей, людей с гендерной дисфорией) ВКК с рекомендациями о смене паспортного пола (гендерного маркера) для предъявления его в органы ЗАГС как необходимого и достаточного документа установленной формы для юридического признания гендера.

Стоит иметь в виду, что хотя возраст моложе 18 лет и является противопоказанием для смены паспортного пола, однако лицо, не достигшее 18 лет, имеет право на освидетельствование, если его законные представители предъявили нотариально заверенное согласие.

Как рассказала Надежда Пригода, руководство, помимо прочего, подробно описывает особенности психологической оценки детей и подростков, психологические и социальные меры помощи детям и подросткам с гендерной дисфорией (состояние, при котором человек не может полностью принять свой гендерный статус мужчины или женщины. — Прим. «Ферганы»).

Проведение гормональной терапии осуществляется только после наступления совершеннолетия. О праве же родителей давать или не давать согласие на хирургическую коррекцию пола ребенка ни руководство, ни закон прямо не говорят.

Однако, по словам Пригоды, закон устанавливает общее правило, по которому согласие на медицинское вмешательство в отношении лиц, не достигших возраста 16 лет, и граждан, признанных в установленном законом порядке недееспособными, дают их законные представители. При отсутствии законных представителей решение о медицинском вмешательстве принимает консилиум, а при невозможности собрать консилиум — непосредственно лечащий (дежурный) врач с последующим уведомлением должностных лиц организации здравоохранения и законных представителей. При хирургическом вмешательстве, переливании крови и применении сложных инвазивных методов диагностики необходимо письменное согласие гражданина. Согласие это может быть отозвано, за исключением случаев, когда врачи уже приступили к медицинскому вмешательству и его прекращение невозможно в связи с угрозой для жизни и здоровья данного лица.

Каким родился, таким и умри

В возрасте 15 лет интерсексы поступают в ведение Республиканского научного центра урологии при Национальном госпитале. Руководитель центра Акылбек Усупбаев рассказал, как работают его врачи.

Акылбек Усупбаев. Фото из Facebook Елены Баялиновой

«Те дети, которым в раннем возрасте не установлен диагноз «гермафродитизм», после 15 лет поступают в Центр урологии, — говорит Усупбаев. — С 2004 по 2015 год нами проведены более 20 операций по поводу реконструктивной пластической хирургии. Бывает, что девочка чувствует себя мальчиком, но родители просят, чтобы ребенка, воспитанного как девочка, оставили девочкой, поскольку они не хотят, чтобы о ее особенностях узнали родственники. До 20 лет, пока личность ребенка не сформирована окончательно, многое в выборе гендера зависит от родителей. Но после 20 лет окончательное решение обычно принимают сами пациенты. И хотя большинство таких детей, вырастая, остаются бесплодными, подобные патологии не фатальны. Они обычно требуют одно-, двухэтапных операций и долгой послеоперационной реабилитации. Мы устанавливаем кариотип (совокупность признаков полного набора хромосом, присущая клеткам данного организма. — Прим. «Ферганы»), изучаем психологическое состояние пациента, обсуждаем сложившееся положение и только после этого проводим операцию. Лично я считаю, что такая патология — это ошибка природы, и лучше всего устранять проблему в детском возрасте, когда ребенок еще не сформировался. Это, на мой взгляд, лучшее решение для семьи пациента. Если пациенту старше 18 лет, мы решаем вопрос в соответствии с предпочтениями пациента, а если младше, принимаем решение совместно с родителями, врачами и самим пациентом».

Судя по тому, что вторичных заявлений о смене пола после операции в центре не было, такая тактика приносит свои результаты.

Однако деятельность Акылбека Усупбаева в последние 5 лет подвергается жесткой критике — как со стороны обывателей, так и со стороны мусульманского духовенства. Консерваторы предполагают, что каким человек родился, таким он и должен оставаться до конца жизни. Реконструктивные же операции нарушают этот привычный порядок. Однако, несмотря на прессинг, профессор считает нужным продолжать работу. На его взгляд, бездействие противоречит профессиональной медицинской этике, и он полагает необходимым оказывать людям помощь — так, чтобы они могли жить полноценной жизнью. Тем не менее консервативная позиция обывателей дает свои плоды: люди все чаще стесняются обращаться со своими проблемами, предпочитая скрывать их. Это видно по тому, что в последние 5 лет количество обращений такого рода уменьшилось.

В Индии их миллионы

О том, как родители вмешиваются в вопрос о гендерной идентичности ребенка, рассказала эксперт по доказательной медицине и клиническим стандартам Бермет Барыктабасова. «Каждый человек имеет право на улучшение здоровья, — говорит эксперт. — В случае с интерсекс-детьми медикам и государству надо проводить более тщательную работу с родителями, которым нужно объяснить все тонкости и нюансы гендерного состояния ребенка. Нужны четкие обоснования для любого хирургического вмешательства, чтобы врачи и родители соблюдали интересы ребенка и было возможно прогнозировать исход.

Сейчас и в Кыргызстане, и в мире в целом стандарты по межгендерному здоровью обновляются. К сожалению, на постсоветском пространстве практически нет информации, как следует относиться к людям, которые не подпадают под стандартные определения «мужчина» и «женщина».

В Кыргызстане люди, у которых иное внутреннее самоощущение и которые не относят себя к одному из двух привычных полов, вынуждены так или иначе подстраиваться под систему, поскольку и государство, и система учета не принимают во внимание их потребностей. Такие люди сталкиваются с бюрократическими сложностями при переходе границ, устройстве на работу, получении образования и во многих других ситуациях, совершенно простых для остальных людей. Интерсексов мало, и их часто унижают и подвергают разного рода дискриминации.

А вот, к примеру, в Индии к подобным вещам относятся спокойно. Там нет такого уровня насилия и преследования этих людей, как в некоторых постсоветских странах. В Индии для определения пола есть три графы. Учитывая населенность страны, количество интерсексов там может превышать 20 миллионов. Поэтому и интерсекс-люди, и трансгендеры там не в диковинку.

Я полагаю, государство не имеет права давить и принуждать, государство должно уметь коммуницировать с такими людьми. Наше нынешнее руководство в этом смысле действует прогрессивно, но впереди еще много работы».

Дина Эдилева

Читайте также