На арене киргизского Колизея

Алмазбек Атамбаев ушел с поста лидера Социал-демократической партии
Алмазбек Атамбаев. Фото с сайта Sdpk.kg

25 мая бывший президент Киргизии Алмазбек Атамбаев неожиданно сложил с себя полномочия главы Социал-демократической партии Кыргызстана (СДПК). Этому предшествовало поспешное вынесение приговора его верному соратнику — телохранителю Дамиру Мусакееву, который еще в середине мая бодро беседовал с журналистами на свободе, а 24 мая оказался за решеткой с готовым пятилетним сроком. И практически одновременно вступили в силу поправки в законодательство, позволяющие проделать то же самое с самим Атамбаевым — если он не откажется от партийной деятельности. Что он, собственно, немедленно и сделал.

Атамбаев, оставивший пост главы государства в 2017 году, обрел славу как первый в истории независимой Киргизии президент, чье правление не окончилось революцией. Строго говоря, он был вторым — Роза Отунбаева, возглавившая страну после переворота 2010 года, не пыталась остаться у власти дольше положенного. Но Отунбаева все же имела статус «президент переходного периода». А Атамбаев был настоящим избранным лидером страны, который отбыл свой шестилетний срок от выборов до выборов, раскланялся и ушел. Но, как вскоре выяснилось, недалеко и ненадолго.

Вражда между Атамбаевым и его ставленником, новым президентом Сооронбаем Жээнбековым, за 2018 год стремительно прошла путь от кулуарных сплетен до общепризнанной главной темы политической повестки. Все соратники экс-президента были сняты с высоких постов, многие из них оказались в СИЗО по коррупционным обвинениям. Все, что мог этому противопоставить Атамбаев, — это возглавляемая им СДПК, которая за время его правления утвердилась в звании «партии власти». Однако довольно быстро оказалось, что без поддержки собственно власти (действующей!) этот статус мало что значит.

Партия погрязла во внутренних раздорах и весной 2019 года официально объявила об уходе в оппозицию. Что осталось только словами — ибо к тому моменту парламентская фракция уже решила действовать автономно от партии, а группа недовольных Атамбаевым членов СДПК вообще провела перерегистрацию под тем же названием, назначив своим лидером малоизвестного доселе политика Сагынбека Абрахманова. Атамбаев обжаловал «кражу названия» в Генпрокуратуре, та после долгих проволочек инициировала расследование и передала его в Госкомитет нацбезопасности (ГКНБ), но ни о каких подвижках в этом направлении пока неизвестно. Как, впрочем, и о какой-либо деятельности партии Абрахманова.

К настоящему времени, кажется, стало ясно, что для Атамбаева закрыт путь обратно во власть. Жээнбеков прочно утвердился в роли президента, и если его когда-нибудь свергнут — то уж точно не ради возвращения на эту должность его предшественника.

Так почему же Атамбаев, несмотря на потерю политической значимости, по-прежнему занимает так много пространства в новостных сводках киргизских СМИ? Вероятно, в первую очередь это обусловлено его несгибаемостью. Он настолько упорно ведет свою борьбу, что граждане не могут не обращать на это внимания. Более того: национальный характер киргизов требует присутствия на сцене политика, который ежедневно оказывался бы в центре скандалов, споров, драматических рокировок.

Жээнбеков на эту роль не годится: он ведет себя довольно тихо и корректно. А если взглянуть на поведение премьер-министра Мухаммедкалыя Абылгазиева, чьих родственников недавно уличили в сомнительных связях с создаваемым государственным мобильным оператором «КТ-мобайл»? Можно сказать, что премьер моментально пал на колени и начал спешно увольнять родственников, министров, кого попало. Попутно его уличили в попытке скрыть факт обучения дочери в США — и практически сразу пресс-служба премьера покаялась в «неточности сведений». Может быть, с точки зрения нормального функционирования госаппарата это и правильно. Но на киргизской политической арене такие хлипкие «гладиаторы» никому не нужны. Общественность быстро сошлась на том, что к осени Абылгазиева, вероятно, уволят, и забыла о нем.

Атамбаев — совсем другое дело. Месяц за месяцем все взгляды прикованы к нему, и все гадают — сбежит ли он из страны или будет арестован? Каждая новость, даже если это просто жалоба малоизвестного члена СДПК на произвол милиции, воспринимается как еще один шаг в сторону неизбежного финала. Складывается впечатление, что Атамбаеву предстоит проскочить в закрывающиеся двери, отделяющие судьбу политэмигранта от судьбы политзаключенного. Проскочит? Не проскочит? Гордо застынет у дверей, сознательно выбрав второе?

В начале мая фигурантом уголовного дела стал бывший телохранитель Атамбаева Дамир Мусакеев, в годы его правления возглавлявший 9-е управление ГКНБ (занимающееся охраной первых лиц). Мусакеев прославился как один из самых верных соратников Атамбаева. СМИ регулярно перепечатывают символическую фотографию, на которой телохранитель заботливо держит над главой государства зонт.

Для Мусакеева это дело было уже не первым — в феврале его обвинили в махинациях при распределении служебных квартир. Теперь телохранителя заподозрили в незаконном обогащении — в правоохранительных органах сочли, что ни он, ни члены его семьи не могли законно заработать на всю ту недвижимость, которой владеют. Мусакеев воспринял новые обвинения гораздо более эмоционально, чем первые. На протяжении нескольких дней он проводил пресс-туры для журналистов разных изданий, показывая имущество своей семьи и рассказывая о своей спартанской бедности. Во время одного из таких мероприятий телохранитель поведал о реакции Атамбаева на свое преследование. По словам Мусакеева, экс-президент назвал его «балам» («сынок») и призвал «крепиться и не ломаться».

24 мая подконтрольный Атамбаеву телеканал «Апрель» опубликовал видеосюжет о попытке установки подслушивающих устройств в кабинете экс-президента в помещении промышленной группы «Форум». По информации телеканала, некий человек, представившийся сотрудником ГКНБ, попытался завербовать для этой цели сотрудника «Форума». Но тот рассказал обо всем руководству. В ГКНБ свою причастность к этой схеме, естественно, опровергли.

Так вот, на видео можно заметить, в частности, Мусакеева, который заявляет, что власть пытается создать угрозу для Атамбаева. А уже через несколько часов, вечером 24 мая, члены СДПК внезапно объявили, что Мусакеев приговорен к пяти годам лишения свободы. Такое решение было вынесено по первому, февральскому делу с квартирами. Первоначально эти заявления выглядели слишком неожиданно, чтобы быть правдой. Но еще через пару часов в СМИ появилось видео, на котором Мусакеева выводят из зала суда в наручниках. Уже ночью информацию о вынесении приговора подтвердила Генпрокуратура. И лишь по прошествии выходных, в понедельник 27 мая, прокуратура выпустила чуть более подробный релиз по этому делу. Который, впрочем, так и не разъясняет главного — откуда такая спешка?

Политические процессы в современной Киргизии тянутся неспешно. Например, бывший премьер-министр Сапар Исаков, которого называют «правой рукой» Атамбаева, провел в СИЗО уже почти год — и пока не дождался вынесения приговора. Дело Мусакеева резко выбилось из этого ряда, что не могло не привлечь внимания соратников Атамбаева. «Дело Мусакеева вела военная прокуратура, дали статус секретности. На суде была военизированная охрана, был огромный коридор милиции, то есть Мусакеева вели как террориста. Все эти приемчики мне напомнили методы бакиевской власти, когда быстро могли состряпать дело, провести суд и закрыть человека на много лет. Это было последней каплей для партии и для меня лично, и мы теперь переходим в жесткую оппозицию», — заявила депутат от СДПК Ирина Карамушкина.

Между тем 16 мая президент Жээнбеков подписал закон, который с 2018 года яростно обсуждали и переписывали. Этот нормативный акт направлен на лишение экс-президентов полной юридической неприкосновенности. Иными словами, он позволяет при определенных условиях подвергнуть уголовному преследованию лично Атамбаева. Закон вступил в силу через десять дней после официального опубликования, то есть 27 мая. Возможно, Мусакеева поспешили отправить за решетку именно для того, чтобы подготовить для бывшего президента наглядный пример к этому дню.

Но уже утром 25 мая Атамбаев объявил о своем уходе с поста главы СДПК и о приостановке членства в партии. Правда, позднее его заместитель Кундуз Жолдубаева пояснила, что совсем уходить из политики он не намерен. Из слов Жолдубаевой следует, что в СДПК попытались воспользоваться крошечной лазейкой в законе — документ предусматривает снятие неприкосновенности и других привилегий лишь с тех экс-президентов, которые решаются «занимать политические, специальные государственные должности в органах государственной власти, а также занимать должности в руководящих органах политической партии либо иным образом участвовать в деятельности политической партии». Впрочем, лазейка эта действительно крошечная и ненадежная — из-за слов «и иным образом участвовать».

Теперь Атамбаев, по сути, оказался в ловушке. Как-то действовать в политике в одиночку он (как и любой другой человек), конечно, не сможет. Максимум, на что он может рассчитывать в таком случае, — это брюзгливо комментировать в СМИ все инициативы власти. Если же он попытается опереться на соратников, которые были с ним вместе с момента создания партии в начале 1990-х годов, то автоматически подвергнет себя опасности ареста за какие угодно прегрешения. Похоже, что эта политическая пьеса (а точнее, гладиаторский бой) вплотную приблизилась к своему финалу. Но каким именно будет этот финал (попадет ли Атамбаев в СИЗО, эмигрирует, смирится с ролью диванного комментатора), как и в любой хорошей пьесе, все еще остается неизвестным.

Читайте также
  • Дональд Трамп — как кандидат от «партии» американских религиозных фундаменталистов

  • Кто есть кто на государственных должностях в «постреволюционном» Кыргызстане?

  • Что означает для страны возобновление деятельности старого парламента и избрание нового премьера?

  • В Кыргызстане — новое-старое правительство, в Бишкеке введен режим чрезвычайного положения