Малый, средний, неучтенный

Что мешает частным предпринимателям работать в Узбекистане
Билборд "Буюк Келажак", рекламирующий стратегию развития Узбекистана до 2035 года. Фото "Ферганы"

В Узбекистане открыто обсуждение проекта Концепции стратегии долгосрочного развития до 2035 года: сам документ можно прочесть на сайте Uzbekistan2035.uz. Концепция подготовлена экспертами организации «Буюк келажак» («Великое будущее»), в течение 30 дней (до середины июня) каждый желающий может оставить на сайте свои замечания и предложения.

Разделу о развитии малого и среднего бизнеса в концепции отведено почти 20 страниц. Разработчики стратегии поговорили с предпринимателями, собрали статистику, вывели закономерности и сформулировали в документе все проблемы, вызовы и серьезные препятствия, с которыми сталкиваются предприниматели в Узбекистане.

Одиля Атабаева — эксперт «Буюк Келажак», финансовый менеджер в Ассоциации Европейского бизнеса в Москве, принимавшая участие в написании раздела Стратегии о малом и среднем бизнесе. Говоря о роли МСБ в экономике, г-жа Атабаева пояснила в интервью «Фергане»: «Практически во всех ведущих экономиках мира доля предприятий МСБ составляет от 90% и выше. Значимость малого и среднего бизнеса для общества и для экономики трудно переоценить, это и наиболее гибкая часть рынка труда, поглощающая основную массу трудовых ресурсов невысокой квалификации и с недостаточным опытом, желающих иметь гибкий рабочий день. Малые и средние предприятия существенно повышают эффективность всей экономики, они наиболее гибко реагируют на изменение потребительского спроса, требуют меньше ресурсов для организации своей деятельности и не приносят катастрофических экономических последствий для общества в случаях их банкротства. Кроме того, малые и средние предприятия улучшают территориальную структуру экономики».

По словам Одили Атабаевой, «в Узбекистане, принимая во внимание демографическую ситуацию, вопросы занятости трудоспособного населения и трудовой миграции за пределами страны, именно развитие малого и среднего бизнеса представляется единственно правильным решением существующих проблем. Именно на сектор МСБ возлагаются большие надежды по экономическому развитию и росту занятости населения. Однако все эти надежды могут оправдаться лишь в том случае, если в государстве созданы все необходимые условия для его существования и развития».

В таблице — ключевые проблемы развития малого и среднего бизнеса, обозначенные в стратегии: стагнация, теневая экономика, высокий уровень инфляции, затрудненный доступ к земельным участкам и недвижимости, проблемы с налогами. Среди главных выводов, к которым пришли авторы концепции, — в Узбекистане нет достоверных сведений о количестве частных предприятий, отсутствует налоговое стимулирование, ключевые барьеры для иностранных инвесторов — кадровый вопрос, отсутствие информации и низкая заинтересованность местных властей; таможенные барьеры и государственное регулирование экспорта создают существенные затруднения для развития экспорта малого бизнеса и частных предприятий.

Мы попросили г-жу Атабаеву прокомментировать некоторые выводы, сделанные в Стратегии-2035.

— Какие проблемы развития малого бизнеса и частного предпринимательства в Узбекистане необходимо устранить в первую очередь и как? С чего начинать?

– Прежде всего привести в соответствие критерии определения малого и среднего бизнеса с мировыми, что позволит выделить средний бизнес, упорядочить статистический учет, отслеживать демографию субъектов МСБ. Например, в ЕС, согласно рекомендациям Европейской комиссии, к малым и средним предприятиям относятся те, которые отвечают следующим критериям: в них менее 250 сотрудников, годовой оборот составляет менее 50 млн евро или баланс составляет менее 43 млн евро, а само предприятие является самостоятельным, т. е. 25% и более его капитала или право голоса не могут контролироваться прямо или косвенно другим предприятием.

В свою очередь, малые и средние предприятия подразделяются на микропредприятия (с количеством занятых менее 10 человек), малые (от 10 до 49 человек) и средние (от 50 до 249 человек).

Почему так важно отслеживать жизненный цикл (демографию) предприятий? Дело в том, что динамика развития предпринимательского сектора рассматривается в той же Европе как один из важнейших инструментов для содействия конкурентоспособности, способствующего росту и модернизации экономической системы в целом. Создание новых предприятий, а также их закрытие и изменение размеров является одним из главных механизмов адаптации системы к постоянно меняющимся рыночным условиям.

Интересные данные о том, сколько человек работает на предприятии, которое можно назвать малым или микрофирмой, и в каких областях экономики эти предприятия работают. Сегмент «средний бизнес» отсутствует.

— А следующий шаг?

Одной из основных проблем, с которыми сталкиваются предприниматели, является высокая стоимость заемного финансирования. Часто у потенциальных предпринимателей, имеющих жизнеспособный бизнес-план, но не имеющих достаточного стартового капитала, отсутствует залоговая масса. Предприниматели часто либо не имеют достаточной информации об имеющихся инструментах поддержки бизнеса, либо сталкиваются с забюрократизированной системой при оформлении необходимой документации. Также коммерческие банки практически не предлагают специальные продукты для субъектов МСБ.

— Какие есть инструменты поддержки бизнеса? О чем не знают предприниматели?

— Есть банковские кредиты с субсидированной ставкой, поручительство Государственного фонда поддержки развития предпринимательской деятельности субъектам бизнеса в размере до 50% от суммы получаемого кредита, фонд предоставляет компенсации процентных расходов по кредитам коммерческих банков.

Факторы, которые негативно влияют на развитие предпринимательства.

— Какими должны быть налоги для субъектов МБиЧП, чтобы граждане стремились открывать свой бизнес, но чтобы от налоговых льгот не пострадал государственный бюджет? Есть ли в этом вопросе золотая середина?

— Прежде всего следует отметить те изменения, которые касаются непосредственно МПиЧБ и вступили в силу с 1.01.2019 г. Это снижение базовой ставки единого налогового платежа (с 5% до 4%), при этом нужно отметить, что до 2019 года ЕНП рассчитывался исходя из численности работников и осуществляемой деятельности, размер же годового оборота в расчет не принимался. С 2019 года ЕНП привязан к годовому обороту, причем пользоваться данным налоговым режимом могут только те юридические лица, чей годовой оборот не превышает 1 млрд сум (около $120 тыс.). Данное ограничение вызывает некоторое недоумение, поскольку субъекты МБиЧП, находящиеся на этом налоговом режиме, могут сознательно занижать декларируемые доходы либо уводить часть доходов в тень, чтобы и далее иметь право находиться на ЕНП. А ведь, по оценкам разных экспертов, доля теневой экономики в Узбекистане и так составляет около 50%, из-за чего ВВП теряет ориентировочно 16 млрд долларов ежегодно.

И предприниматели, и эксперты оценивают долю теневой экономики от 50-56%. Инфографика: из Концепции стратегии долгосрочного развития Узбекистана до 2035 года

Также необходимо отметить введение НДС 20% с 01.01.2019 г., которое затронуло немало субъектов МБиЧП. Предприятия с товарооборотом от 1 млрд до 3 млрд сумов могут платить НДС добровольно в упрощенном порядке, были утверждены дифференцированные ставки НДС в зависимости от вида деятельности компании. Однако для предприятий, ведущих разные виды деятельности, данное нововведение создало дополнительную административную нагрузку, поскольку они должны вести раздельный учет по каждому виду деятельности.

Налоговая реформа направлена на снижение налогового бремени, однако на начальных этапах наблюдаются сложности с администрированием НДС, его исчислением, созданием цепочки по зачету с контрагентами.

Некоторые специалисты придерживаются мнения, что льготы и налоговые послабления вредят экономике в целом, что возникает лишний раз соблазн воспользоваться любой лазейкой в налоговом законодательстве. Необходимы определенные льготы для разных категорий предпринимателей, особенно для представителей социально уязвимых слоев населения (поддержка женского, социального предпринимательства). Пример таких стран, как США, Великобритания, Франция, где используются налоговые льготы для стимулирования предпринимательства в зависимости от оборота, прибыльности, вида деятельности предприятий, вполне нагляден.

Из разговоров с предпринимателями видно, что меньше всего они удовлетворены условиями льготного кредитования, поддержкой при предоставлении зданий и помещений и информационной и консультационной помощью государства.

— Насколько эффективна программа «Каждая семья – предприниматель»? Ваш прогноз – насколько может возрасти число микрофирм и ЧП в ближайшие 2-3 года?

— Мне сложно дать какой-либо прогноз в отношении роста численности субъектов МБиЧП в ближайшей перспективе. Согласно данным Госкомстата РУз и Министерства экономики и промышленности Республики Узбекистан, в 2017 году доля малого бизнеса и частного предпринимательства в ВВП составила 53,3%, в малом бизнесе работало 78,3% занятого населения страны, что вполне сопоставимо с показателями в высокоразвитых странах. Однако хочу обратить внимание на тот факт, что, согласно мировой статистике, из 10 вновь созданных предприятий выживает в первые три года своей деятельности только одно. Многие ученые-экономисты изучали этот феномен и факторы, обуславливающие развитие предпринимательства (Йозеф Шумпетер, Дэвид Одреч, Эй Рой Турик и др.). Не каждый может стать предпринимателем, даже при наличии самого благоприятного бизнес-климата, не всем дано не только создать, но и развить бизнес, сделать его прибыльным. Даже если каждой семье дать льготный кредит под создание бизнеса, всего одна-две из десяти смогут построить свое окупаемое дело, вернуть кредит с процентами, продолжать заниматься своим бизнесом.

Судя по данным, которые приводятся в Концепции стратегии развития Узбекистана, количество предприятий малого бизнеса и частного предпринимательства стагнирует: в 2017 году таких предприятий примерно столько же, сколько в 2012-м (на 1000 человек). Однако по сравнению с 2016 годом их количество выросло.

Отмечается незначительный рост количества зарегистрированных малых и средних предприятий, в частности, потому, что рост регистраций опережает количество закрывающихся МСП.

По мнению Одили Атабаевой, «в вынесенном на обсуждение проекте стратегии достаточно подробно и в то же время лаконично описываются существующие проблемы и препятствия для развития МСБ в стране. Отмечается высокий объем теневой экономики, тормозящий развитие в целом, высокая стоимость заемного финансирования, столь необходимого для стартапов, высокая налоговая нагрузка, отсутствие прозрачности при проведении тендерных процедур. Выделены отдельным блоком такие насущные и острые вопросы, как получение доступа к земельным участкам и недвижимости, строительно-архитектурных разрешений. В стратегии предлагаются различные варианты их решения с использованием международного опыта и практик, показавших свою эффективность».

Есть и хорошие новости: Узбекистан перешел с 42-го (в 2016-м) на 11-е (в 2018-м) место в одной из позиций рейтинга Doing Business: теперь на регистрацию предприятия уходит примерно полчаса.

Инфографика: Концепция стратегии долгосрочного развития Узбекистана до 2035 года.

Диер Согдиев
  • Директор СЭЗ «Навои» Хабиб Абдуллаев — о том, где в Узбекистане легко делать бизнес

  • Ученые перечислили возможные «засады» на новом Шелковом пути

  • Почему не стоит ждать приватизации «Узбекистон темир йуллари»

  • Почему Мирзиёев пригрозил ликвидировать автозавод GM Uzbekistan