«Добровольно» вернувшийся в Таджикистан оппозиционер предсказал свое похищение

Шарофиддин Гадоев. Фото с сайта Tajinfo.org

Перед поездкой в Россию таджикский оппозиционер Шарофиддин Гадоев записал видео, в котором предположил, что его могут похитить и вывезти в Таджикистан, и попросил не верить в его добровольное возвращение на родину. Он сообщил, в частности, что «это видео вы увидите в том случае, если меня убьют или похитят или я пропаду без вести». Обращение Гадоева появилось на Youtube-канале Национального альянса Таджикистана (НАТ) 19 февраля.

«14-го [февраля] у меня поездка в Россию, где у меня должна состояться встреча с представителем секретаря Совета безопасности России, поскольку ранее я уже имел контакт с представителем силовых структур России, и для обсуждения некоторых проблем, стоящих перед Таджикистаном, и для обсуждения положения таджикских трудовых мигрантов, а также путей решения сложной ситуации в Таджикистане. Я еду как представитель политического движения и оппозиционер. Таджикские власти, как мы видим в последнее время, похищают из-за границы граждан Таджикистана, а тех, кто выступает против, убивают, или некоторые пропадают без вести, как Эхсон Одинаев. И поскольку я еду в Российскую Федерацию, то же самое может случиться и со мной», – говорит Гадоев.

«Я записываю это видео на всякий случай, если все-таки вдруг я появлюсь на экране государственного телевидения или на каком-нибудь канале Youtube и заявлю, что я нахожусь в Таджикистане, куда вернулся по собственному желанию. Этому верить будет нельзя. Я никогда по собственному желанию в Таджикистан не поеду», – заявил оппозиционер.

Он подчеркнул, что его появление в Таджикистане стоит рассматривать как международное преступление со стороны властей этой республики. «Если я окажусь в Таджикистане, не могу сейчас сказать, что и как может произойти, и вам скажут, что вот он заявил то-то и то-то, это не должно иметь юридической силы. И второе, если я объявлюсь в Таджикистане в подобных условиях, это будет означать одно – то, что таджикские власти с территории другого государства меня похитили. То есть мое появление в Таджикистане будет означать факт моего похищения с территории другого государства, что само по себе уже является международным преступлением», – заявил Гадоев.

Он обратился к международным организациям с просьбой принять меры для оказания ему необходимой помощи в случае, если он окажется в таджикистанской тюрьме. «Также я прошу международное сообщество, международные организации серьезно отнестись к моему делу, если я окажусь в тюрьме, в том числе со стороны организаций ООН и европейских стран, со стороны Нидерландов, страны, которая мне предоставила вот это политическое убежище и международную защиту. Я прошу вас, чтобы вы защитили мои права. Я сегодня делегирую всем международным правозащитным организациям свое согласие представлять мои интересы и защищать мои права. Также я предоставляю право всему гражданскому обществу Таджикистана требовать от моего имени, защищать мои права. И вы, гражданское общество Таджикистана, и вы, международные организации, имеете полное неотъемлемое право защищать мои права, вести мое дело от моего имени. И поэтому я прошу всех вас не быть безучастными к моему делу и постоянно держать руку на пульсе. Для моего освобождения я уже предоставил международным организациям все необходимые факты и документы. Поэтому все, что может произойти со мной, носит сугубо политический характер», – отметил Гадоев.

15 февраля пресс-служба МВД Таджикистана сообщила о добровольном возвращении Гадоева на родину из Голландии, где он проживал в качестве политического беженца. В официальном заявлении ведомства говорилось, что он прибыл рейсом из Москвы и прямо в отделе МВД аэропорта Душанбе раскаялся в содеянном и попросил дать правовую оценку его действиям в соответствии с законодательством Таджикистана. В МВД сообщили, что он находился в розыске с 2012 года по статьям 289 («Контрабанда») и 340 («Подделка, изготовление или сбыт поддельных документов») Уголовного кодекса Таджикистана.

В последние шесть лет Гадоев был сначала руководителем оппозиционной «Группы 24», признанной в Таджикистане экстремистской, а затем координатором созданного в Амстердаме движения «Реформы и развитие в Таджикистане». Его движение вошло в недавно созданный оппозицией Национальный альянс Таджикистана. Все это время он вел открытую информационную борьбу против политики официального Душанбе, предъявляя разные обвинения ближайшему окружению президента Эмомали Рахмона и ему самому в систематических нарушениях прав человека в Таджикистане.


Читайте также