Все, что звенело и стучало

В маленьком городке на севере Таджикистана дети играют на ложках, а «русские» классы переполнены
Построенные немцами дома в Истиклоле (Табошаре). Фото "Ферганы"

Городок в Согдийской области Таджикистана с гордым нынешним названием Истиклол (в переводе с таджикского«независимость») до 2012 года носил звучное имя Табошар. В советские годы там жили представители более 20 национальностей: с 1920-х годов сюда отправляли специалистов из центра и «ссыльных» немцев осваивать крупное урановое месторождение. Они и отстроили закрытый на тот момент промышленный поселок.

Сейчас в Табошаре с населением около 18 тысяч человек этнических русских, немцев, татар можно сосчитать по пальцам. В городе осталась одна русскоязычная школа, учителя которой стараются сохранить память о прежнем Табошаре и его жителях, а также русское культурное пространство. Здесь даже создали единственный в республике народный ансамбль ложкарей. Правда, с каждым годом все больше кажется, что это нужно только им.

Свой родной Табошар с его неповторимой европейской архитектурой, созданной немецкими переселенцами, уникальным климатом и покоем жители любя называли «маленькой Швейцарией». Под крылом московского обеспечения город славился развитой социально-культурной и бытовой инфраструктурой. Здесь функционировали несколько детсадов и общеобразовательных школ, творческие и музыкальные учреждения, лагеря отдыха, стадион, Дом культуры, парки.

Истиклол (Табошар). Фото "Ферганы"

Развал Союза и начавшаяся в Таджикистане в 1990-е годы гражданская война привели в упадок небольшие индустриальные городки в республике, откуда массово стали уезжать на историческую родину представители национальных меньшинств. Добыча урана в Табошаре к тому времени прекратилась, и население городка сократилось почти вдвое. Однако уехать в поисках лучшей жизни смогли не все: одним было некуда и не к кому, у других не нашлось денег. Были и те, кто не захотел уезжать.

Сегодня в Табошаре действуют шесть средних общеобразовательных школ, лишь одна из них — с русским языком обучения. Школа №1 до сих пор носит имя Ленина. Первых учеников — около 900 — она приняла в январе 1963 года. Сейчас их гораздо больше. Школа с самых первых дней славилась своими педагогами, некоторые работают в ней более 40 лет.

— В этой школе я начала работать с 1975 года. Тогда в Табошаре были две русские школы, и этого было достаточно. Город только застраивался, иногда в классы даже не добирали первоклассников, поскольку детей принимали только по прописке, — рассказывает 68-летняя Раиса Сергеевна Байгина, учитель русского языка и литературы.

Школа №1 в советские времена и сейчас. Фото «Ферганы» и из архива школы

Последняя русская школа стала смешанной

Школа №1 была во всем первой. Ее ученики славились своими успехами не только в Табошаре, но и по республике. Они часто занимали призовые места в соревнованиях и на олимпиадах, получая переходящее победное знамя. Школа жила не только учебным процессом. Учителя водили детей на экскурсии, ходили с ними в походы, организовывали праздничные мероприятия. Дети выезжали в трудовые лагеря, собирали макулатуру и металлолом.

— Школьная жизнь кипела и была насыщенна разными интересными мероприятиями: товарищеские футбольные и баскетбольные матчи, балы, творческие вечера. Была у нас своя команда КВН. После школы можно было заниматься в кружках и на факультативах. А еще дети расширяли свой кругозор, выезжая за пределы республики. В школе действовал клуб «Турист». Москва, Ленинград, Киев, Кавказ — где только не побывали ребята в своих школьных путешествиях. Сейчас, конечно, всего этого нет, — рассказывает Раиса Сергеевна.

Она перечисляет имена «прекраснейших», по ее словам, директоров школы — Анатолий Иванович Щенёв, Мунавара Пулатовна Бигиджанова, Лариса Александровна Чуйкина — и сетует, что информация о многих поколениях учителей и выпускников сохранилась лишь в памяти оставшихся педагогов пенсионного возраста, заставших те времена.

Награды учеников школы и экскурсия в Москву. Фото «Ферганы» и из архива школы

Татьяна Владимировна Габрилян, учитель математики, работающая в школе с советских времен, рассказывает, что раньше в школьной библиотеке хранилась вся история учебного заведения в фотографиях и документах.

— Сейчас эти фотоальбомы уже никому не интересны. Из-за частой смены библиотекарей фотографии переставляли, переносили... Многое растерялось, что-то просто выкинули как ненужный хлам. Досадно, но через пару поколений история школы будет совсем забыта. Старых учителей почти не осталось, а новым это особо и не нужно, — сокрушается Татьяна Владимировна.

Несмотря на малочисленность русскоязычного населения в Табошаре, желающих учиться в русской школе хоть отбавляй. Многие таджикские семьи хотят, чтобы их дети получали образование на русском языке, чтобы в дальнейшем поступить в вузы России. До последнего времени школа №1 была полностью русскоязычной, но несколько лет назад русские классы в ней сократили и за счет них открыли восемь классов с таджикским языком обучения.

Раиса Байгина. Фото "Ферганы"

— Наша школа и так в Табошаре была единственной с русском языком обучения, так взяли и сократили русские классы, сделали ее смешанной. Непонятно зачем, у нас не хватает именно русских классов — они переполнены, очень много желающих учиться у нас. Может, это веяние времени, но не вижу логики, – недоумевает Раиса Сергеевна Байгина.

Помимо преподавания в школе, Раиса Сергеевна занимается общественной работой — руководит русским культурным центром в Табошаре и на покой уходить не собирается:

— Не могу я уйти на пенсию. И не потому, что нуждаюсь в дополнительном заработке. Я буду работать до последнего — пока хожу, пока ясна моя память. Мой стимул — дети. Мне приятно, что многие из моих учеников успешны, достигли своих целей. Многие учатся в вузах России. В этом есть и моя заслуга. Ведь без знания русского языка это было бы невозможно. Каждый раз родители передают мне от них видеоприветы, я вижу их счастливые лица. Не это ли стимул работать и дальше?

Ложки, банки из-под кофе и березки

Наталья Яковлевна Перевертайло в свои 65 лет каждый день проходит восемь километров от дома до музыкальной школы-семилетки, в которой работает в с 1999 года. Начинала она методистом, потом — преподавателем по классу баяна и фортепиано, а с 2006 по 2014 год была ее директором. Во время своего руководства Наталья Яковлевна, по ее словам, стремилась привлечь к занятиям музыкой как можно больше детей из малообеспеченных семей. Для этого она позволяла им брать домой инструменты, которыми располагала школа.

Наталья Перевертайло с учениками. Фото «Ферганы»

— Любой музыкальный инструмент нужно эксплуатировать, на нем необходимо играть. Поэтому детям, чьи родители не имели возможности приобрести баян, я давала его домой — лишь бы только занимались. Таким образом было меньше преград для занятий музыкой, дети играли не только в школе, но и дома. Сейчас новое руководство вернуло все инструменты и больше не разрешает забирать их домой, — с сожалением говорит Наталья Яковлевна.

«А давайте создадим детский фольклорный ансамбль!» — предложила Наталье Яковлевне председатель Русского культурного центра Табошара Раиса Байгина. Было это в 2002 году. И создали ансамбль русских ударных инструментов «Ложкари» — единственный такой в республике. Поначалу использовали все, что звенело и стучало, — алюминиевые ложки, банки из-под кофе, наполненные горохом, детские погремушки, бубны. Первый выход на большую сцену совпал с 65-летним юбилеем Табошара, который отмечали в том же году.

На настоящих инструментах музыканты заиграли через два года. Расписные хохломские ложки, трещотки, дудочки, валдайские колокольчики, бубны привез из России в подарок ансамблю тогдашний мэр города Исокджон Закиров. Сначала участники только стучали ложками под русские мелодии. Затем начали еще и танцевать, и петь хоровые песни. Репертуар был самым разнообразным: от народных песен до произведений русских, советских и современных композиторов.

Ансамбль «Ложкари». Фото из архива Натальи Перевертайло

Табошарские «Ложкари» становились победителями городских и областных конкурсов и фестивалей, выступали на всех праздниках. Юные музыканты покоряли своими выступлениями разную публику — взрослых и детей, солдат, стариков из домов престарелых. Три раза «Ложкари» участвовали в мероприятиях c президентом страны.

— На юбилей газеты «Согдийская правда» мы решили поставить номер под песню «Березка». Специально для этого я выбрала девочек одинакового роста с длинными косами, все они были ученицами таджикских и узбекских школ. Костюмы красивые им пошили. Номера у нас всегда проходят под живую музыку, я сама аккомпанирую на баяне. И вот я начинаю играть, на сцене темно. Вдруг включается рампа, и в этот луч света «выплывают» мои березки. Будто на роликах они плавно передвигаются, склонив на бок свои головки. Танец заканчивается, и выбегают мои ложкари, весело бренча на своих инструментах. Публика была в восторге, — вспоминает Наталья Яковлевна одно из выступлений своих подопечных.

Однако постепенно ансамбль перестали приглашать на мероприятия. С 2019 года «Ложкари» не выступают. Оказались не востребованными и хоровые выступления детей, которых готовит Наталья Яковлевна.

— Мы так усердно готовимся ко всем праздникам — 23 февраля, 8 марта. Подбираем красивые песни, долго репетируем. Для детей особый стимул — выступать перед зрителями на сцене, они этого очень ждут, волнуются. Но нас не позвали раз, другой — потому что песни наши на русском языке. Расстраиваюсь, плачу, снова беру себя в руки и продолжаю заниматься со своим хором. А за ложкарей действительно обидно. У детей тогда светились глаза, они были увлечены, им было интересно.

Сейчас Наталья Яковлевна продолжает преподавать в музыкальной школе, а также ведет уроки пения в школе имени Ленина.

— В нашей музыкальной школе поговаривают, что классы с европейскими инструментами хотят закрыть, оставить только народные. Постараюсь сделать все, что в моих силах, чтобы этого не случилось, — сказала напоследок она.

Читайте также
  • Шахтерский поселок на севере Таджикистана более десяти лет живет без воды

  • В Ташкенте насчитали всего 42 вековых дерева. «Фергана» решила на них посмотреть, пока не поздно

  • В Туркменистане пытаются одновременно отрицать COVID-19 и бороться с ним

  • Вторая волна пандемии COVID-19 вызвала в Узбекистане реальную панику