Когда умолкнут все песни

Ополчившись на популярного певца, «Узбекконцерт» в очередной раз продемонстрировал свою бессмысленность
Жахонгир Атаджанов. Фото с сайта Vtbblog.ru

Артист в Узбекистане больше, чем артист, наверное, так считает государственное учреждение «Узбекконцерт», придумавшее для певцов жесткие правила, запрещающие творческим людям любой «шаг в сторону». Иначе можно стать в стране персоной нон грата.

Очередным запрещенным певцом стал Жахонгир Атаджанов. На заседании худсовета «Узбекконцерта», куда «фигуранта дела» даже не думали приглашать, его раскритиковали в пух и прах. В пресс-релизе, опубликованном по этому поводу, есть такие фразы, как «чуждый нашей национальной идентичности», «не соответствующий этике и национальным обычаям», «аморальный облик», «неподобающее поведение» и прочее. Пожалуй, не обсудили умные головы только само творчество музыканта. Но главная претензия в том, что на одной из свадеб где-то в Самаркандской области с Атаджановым случился инцидент – гости вдруг начали осыпать артиста купюрами родных сумов. Видео денежного дождя быстро распространилось в интернете и вызвало резонанс. По данным некоторых местных СМИ, наиболее трепетная часть общественности потребовала лишить певца лицензии на концертную деятельность. Обращение с деньгами как с конфетти посчитали неуважением к государственной символике – на банкнотах есть герб, как же можно его топтать. Масла в огонь подлил сам исполнитель, который на эмоциях написал в соцсетях: «Отбирайте мою лицензию, подавитесь ею, если это поможет вам стать культурными. Я буду рад, если это поможет народу стать культурным». Такого «Узбекконцерт» простить не мог и запретил Атаджанову выступать на родине.

Слушаю без лицензии

Казалось бы, дело обычное – «Узбекконцерт» имеет славу организации, которая может оставить творческого человека без работы в одночасье. Причем поводом может послужить опоздание на собрание худсовета, очень длинная борода, слишком откровенный наряд, чрезмерно пылкие объятия в клипах и так далее. Однако Атаджанов – популярный в республике певец, его слушают многие известные люди, заступившиеся за кумира. Однозначно самый популярный пост по теме принадлежит авторству бывшего пресс-секретаря президента страны Шавката Мирзиёева, а ныне председателя Агентства информации и массовых коммуникаций (АИМК) при администрации президента Комила Алламжонова. «Мы любим слушать песни Джахонгира Атаджанова с моей семьей и детьми! Нам не нужна для этого лицензия!» – написал чиновник в Telegram.

Редкий случай – госслужащий, причем приближенный к самым верхам, публично осудил действия государственной же структуры. Это не просто камень в огород «Узбекконцерта», это целая глыба, которая может устроить в этом огороде неслабое землетрясение. Слоган о ненужности лицензии разошелся мгновенно, в соцсетях его цитировали наперебой, присоединяясь к мнению главы АИМК. До хэштега #слушаюатаджановабезлицензии вроде не дошло, но если он будет запущен, никто не удивится.

Певца также поддержал основатель сети супермаркетов Korzinka.uz Зафар Хашимов, отметивший, что «искусство и талант не даются и не забираются лицензией». Исполнительный директор консалтинговой компании Smartgov Consulting Азиза Умарова сравнила Узбекистан с Северной Кореей. «Мы в Северной Корее, что ли? Что за субъективная цензура, дающая повод расправиться с любым талантливым музыкантом? Кто вместо самих слушателей имеет право решать, кого слушать?» – написала она на своей странице в Facebook. Впрочем, несколько лет назад «Узбекконцерт» уже называли учреждением в стилистике одной из самых закрытых стран мира, только расположенным в центре Ташкента, а не Пхеньяна.

Джахонгир Атаджанов. Фото с сайта Zakon.kz

Сам же Атаджанов продолжил гнуть свою линию. Он назвал действия «Узбекконцерта» ущемлением прав человека. По его словам, чиновники госучреждения на совете утверждали, что за купание в деньгах в Европе певца бы привлекли к уголовной ответственности. Артист парировал тем, что именно «Узбекконцерт» нужно судить за нарушение прав человека. Кто прав, кто виноват в этом споре – пусть каждый решит сам.

Но факт остается фактом: в Конституции Узбекистана нет ни слова о национальном менталитете и внешнем облике, зато есть упоминание того, что «цензура не допускается». А что у нас делает «Узбекконцерт»? Правильно, выполняет роль цензора, да еще рьяного и беспощадного. Атаджанов также заявил, что видел денежный дождь много раз на свадьбах, но сам стал участником процесса впервые за 20 лет карьеры. Приходит в голову банальная мысль – может быть, эта демонстрация материальной состоятельности, этакая бравада и есть часть национального менталитета? Осыпать артистов купюрами – атрибут каждой свадьбы. Тогда о каком поведении, чуждом обычаям, толкуют члены худсовета? И почему группа по большому счету никому не известных людей устанавливает рамки дозволенного и решает, что соответствует традициям узбеков, а что – нет?

Казнить нельзя помиловать

«Узбекконцерт», существовавший в разные годы под разными вывесками, имеет «славную» историю запретов. Организация банила таких звезд узбекской эстрады, как Шерали Джураев, Юлдуз Усманова, доставалось даже ныне покойному комику Обиду Асомову, которому за образ недалекого мигранта в петросяновском «Кривом зеркале» был заказан путь на отечественное ТВ и радио.

Певицам доставалось в основном за обнаженку (по версии чиновников, это может быть даже «страстный взгляд» или часть голого локтя) и непристойные танцы на свадьбах. Были и исключительные случаи. Например, в 2015 году на фоне напряженных отношений Узбекистана и Турции «Узбекнаво» (прежнее название «Узбекконцерта») взяло под жесткий контроль гастроли местных артистов на берегах Босфора. Сведения о поездках предоставляли в Службу национальной безопасности, выпускали звезд эстрады только после прохождения собеседования со специально обученным сотрудником спецслужбы. А лишенный лицензии певец Абдулазиз Карим, который получил турецкое гражданство, и вовсе практически был объявлен «врагом народа».

Абдулазиз Карим. Фото с сайта Ozodlik.org

Были случаи, когда артисты попадали под запрет из-за «бессмысленности песен», юмористов из группы «Браво» и актрису Халиму Ибрагимову лишили лицензии за нецензурную лексику в выступлениях.

В прошлом году «Узбекконцерт» устроил заседание на тему «Роль национальной эстрады в духовном воспитании молодежи и этика артиста», пригласив около ста деятелей сцены. Так вот, четверо по каким-то причинам не смогли посетить это важнейшее в их творческой жизни мероприятие. Разумеется, за такое непослушание у них отобрали право заниматься любимым делом. Несколько лет назад вообще был вопиющий прецедент – поп-исполнителя Жасура Умирова лишили лицензии за то, что он отказался по указке сверху ехать на хлопковые поля. Молодого человека при этом обвинили в недостаточном патриотизме. Видимо, этот пример стал наукой для других певцов и певиц, которые ежегодно в сопровождении профессиональных фотографов выезжают теперь на сбор «белого золота» заодно с бесплатными концертами для трудящихся.

Впрочем, «Узбекконцерт» – не только карательный орган, у чиновников еще есть кнопка «помиловать». Хоть нажимают ее редко, но случается. За день до лишения лицензии Атаджанова госучреждение с помпой объявило о возврате аналогичного документа Озоде Нурсаидовой (Саидазода), которая была персоной нон грата около десяти лет. Ее история – особый случай. Мало того что певица «вела себя аморально» на мероприятии одного богатого хорезмского предпринимателя, так позднее, после запрета на концертную деятельность, она пыталась засудить тогдашнего премьер-министра страны Шавката Мирзиёева. Но спустя несколько лет, когда Мирзиёев уже был президентом, артистка через соцсети попросила у него прощения, показав фото, на котором она голосует «сами знаете за кого». Это был конец 2016 года. Помилования пришлось ждать еще почти три года. В информации о прощении пресс-служба «Узбекконцерта» подчеркнула, что певица осознала свои «политические ошибки и пообещала сделать правильные выводы». Также сообщалось, что лицензию Нурсаидовой вернули благодаря «заботе и доброте президента республики».

***

Последуют ли публичные извинения народу и президенту от Атаджанова? Вряд ли. Он четко дал понять, что не чувствует своей вины. К тому же без лицензии его музыка в плеере чиновника Алламжонова и других поклонников тише звучать не стала. К слову, в этой истории для исполнителя весь минус заключается в запрете зарабатывать приличные гонорары на свадьбах. Но зато есть и плюс – такой пиар наверняка добавит тысячи граждан в армию своих фанатов. А продюсерам есть смысл задуматься о выпуске дополнительных тиражей альбомов популярного певца.

А что же «Узбекконцерт»? Организация, пожалуй, предполагала прославиться тем, что только она стоит на защите национального менталитета и традиций. На самом деле своими действиями она «ославилась» и получила очередную порцию общественного негатива. В соцсетях появились призывы расформировать госучреждение. Блогер Нурбек Алимов, также выступив за роспуск цензурирующего эстраду органа, написал: «Узбекконцерт, партбилет на стол!» Точнее и не скажешь – именно партбилет, так как «Узбекконцерт» в современном Узбекистане выглядит как последний элемент (точнее, рудимент) советского прошлого. Причем в худшем его проявлении.

Читайте также
  • Писатель Назар Эшонкул об искусстве обмана, узбекской литературе и «Кишлаке рабов»

  • В Узбекистане отреставрируют памятник русским солдатам, погибшим в 1865 году

  • Узбекские чиновники взяли моду премировать хлопкоробов автомобилями и чайниками

  • Как власти Таджикистана проигрывают информационные войны