Внутренностями наружу

Киргизский рок — он существует
Рок-фестиваль в Бишкеке. Фото с сайта Barometr.kg

Во времена Советского Союза свой инструментальный ансамбль был чуть ли не в каждой средней школе. Крупные же предприятия вроде московского Завода имени Ленина могли позволить себе хорошие инструменты и качественную музыкальную технику. Именно поэтому они часто становились площадкой для регулярных выступлений молодых музыкантов. Молодежные рок-группы в те времена даже записывали свои песни на виниловых пластинках. Правда, тираж у таких альбомов был ограниченный — до 2 тысяч экземпляров, да и распространялись они только внутри республик, так что о всесоюзной славе местным рокерам обычно приходилось только мечтать.

С развалом Советского Союза интерес к местной музыке, как ни странно, упал. Возможно, это связано с тем, что при СССР центральные власти поддерживали и поощряли национальную самобытность, а в девяностые годы XX века молодым самостоятельным республикам было уже не до того. Так или иначе, в это время исчезли крупные опорные площадки, дававшие музыкантам возможность непосредственно общаться с поклонниками. Многие оригинальные музыкальные записи были утеряны или выкуплены коллекционерами и стали недоступны обычным слушателям. Свою негативную роль сыграл и конфликт технологий: на смену виниловым пластинкам пришли компакт-диски. То, что хранилось на виниле, нуждалось в оцифровке, при этом записанный на пластинках звук от регулярного использования со временем становился хуже.

Показательна в этом смысле история музыкального коллекционера Александра Степанова. Долгие годы он искал меценатов, которые дали бы деньги на оцифровку пластинок, и, не найдя, вынужден был передать редкие записи зарубежным специалистам в надежде, что те смогут их оцифровать и таким образом сохранить.

Популярные, но убыточные

К знаковым кыргызстанским группам 1990-2000 годов обычно относят «Профессора Мориарти», «Мессира Леонарди», «Эльсинор», «Гольфстрим», «Непал», группы «Халлиганы и Ра», Odyn's Nocturnal North — она же Darkestrah.

«В восьмидесятые и девяностые как минимум пять групп в республике пели на киргизском языке», — вспоминает солист группы «Рет-Рок» Мирс Абузяров.

Сейчас же на киргизском поет только группа «Чынтемир», ранее известная как Dreamers.

Даже в новых условиях некоторые группы умудрялись собирать тысячные площадки. Так, в 1998 году на кара-балтинском стадионе «Манас» проходил концерт группы «Профессор Мориарти», где присутствовали 3 тысячи человек. Уже в двухтысячных активно выступала группа «Гольфстрим».

Сегодня рок-концерты опять пользуются популярностью: на опен-эйрах с приглашенными зарубежными коллективами собираются десятки тысяч человек — если, конечно, позволяют площадки.

Последним крупным фестивалем в Киргизии стал Kuturgan Fest. Он прошел 26 апреля этого года в Бишкеке, и в качестве хедлайнера на нем выступила Sepultura — легендарная металлическая группа из Бразилии. Относительно небольшая площадка мероприятия вместила свыше 600 человек. Но, как отмечают организаторы, несмотря на популярность, этот фестиваль стал самым убыточным из всех проведенных ранее.

«Фактически фестиваль посетило 600-700 человек, хотя по билетам показатели намного меньше. Было много приглашенных и куча безбилетников — плохо сработала охрана заведения. Такой интерес, с одной стороны, показатель востребованности, с другой — показатель несознательности и непонимания, каких усилий и денег нам это стоило. В смысле социальной ответственности и осознанности нашей аудитории еще очень далеко до европейского уровня», — с печалью отмечает один из организаторов мероприятия Арсений Жердев.

Получается, что кыргызстанцы готовы развлекаться, но не готовы платить за культурный досуг, и крупные мероприятия вроде опен-эйров с участием звезд рока чаще всего проводятся как имиджевые и оплачиваются крупными спонсорами, вроде «Билайна» и «Балтики».

Тем не менее спрос на рок-музыку в Киргизии остается постоянным, хотя коммерческий потенциал рока здесь пока невелик. Несмотря на это, с каждым годом количество рок-музыкантов растет: к примеру, на рок-фестивале 2014 года было зарегистрировано 43 группы.

Интересно, что рок-музыка не сосредоточена только в столице: есть группы из Оша, Канта, Каракола и даже из сел — таких, например, как Быстровка и Сокулук.

К сожалению, в этой области регулярно возникают специфические проблемы и даже конфликты. Нередко музыкантам не выплачивают оговоренный гонорар, притом что суммы буквально копеечные — по 7-10 долларов на человека. Бывает, что хозяева заведений принуждают группы играть практически в пустом зале, что для музыкантов является неприятным испытанием.

По словам Александра Степанова, продвигающего рок-музыку в Кыргызстане, музыканты часто сталкиваются с равнодушием или прямым пренебрежением со стороны правительства. В качестве примера можно привести историю с группой The Rolls, которая стала первой среди 22 участников фестиваля The Beatles Bishkek. Отбор дался организаторам нелегко: на начальном этапе посоревноваться за поездку в Ливерпуль изъявили желание более 60 групп.

«В результате The Rolls, состоящая из четырех человек, осталась с носом. Представители правительства, пообещавшие отправить победителя в Ливерпуль, заявили, что у них не хватает финансирования на отправку всей команды. Ребята так никуда и не поехали», — рассказал Александр Степанов.

Тут белый лебедь не пройдет

Любопытно узнать, что думают о нынешнем положении вещей сами рокеры.

«Рок-индустрии в Кыргызстане пока еще не существует. Просто это все упирается в деньги, это и есть основная проблема. Есть очень много хороших групп, и дефицита в творческих идеях никто не испытывает. Пока что рок-сцена Кыргызстана ассоциируется только с группой «Город 312», но, возможно, в скором будущем это изменится, потому что такого оживления на рок-сцене не было уже давно», — поделились своим мнением участники молодой многообещающей группы PishpekCity.

«Перед рок-музыкой много препонов, мешающих развитию, — говорят участники группы The Woodstock Tale Марат Миндубаев и Андрей Алексеенко. — Но большей частью это проблемы личностного характера: завышенная самооценка, неумение рассчитывать свой потенциал и ясно видеть реалии. Поскольку собственно музыкой в Кыргызстане на жизнь не заработать, у нас каждый участник группы работает в сфере, далекой от творчества. В результате музыкант постепенно выгорает, задавленный бытовыми трудностями. Вторая проблема связана с первой: у нас нет свободной некоммерческой площадки для рок-музыкантов, которые в массе своей являются неформатом для развлекательных заведений, и, кроме того, нет постоянных мероприятий, которые бы поддерживали соревновательный дух рокеров».

Впрочем, Марат Миндубаев замечает, что всегда есть возможность стать коммерческим исполнителем и зарабатывать на кавер-версиях.

— Порой бывают смешные моменты, когда человек напивается и требует сыграть любимого исполнителя. К примеру, в Казахстане, когда мы выступали в местном клубе, один перепивший посетитель обратился к нам: «Пацаны, сыграйте "Белый лебедь на пруду", я пять тысяч тенге дам», — рассказывает Марат.

С непониманием и даже отторжением столкнулась «Чынтемир» — единственная рок-группа, поющая на киргизском языке.

«Представители радиостанций, телеканалов и даже музыкальных конкурсов говорили нам: вы не соответствуете жанру, вы играете западную музыку, — с горечью говорит вокалист группы «Чынтемир» Акбараали Уулу. — Нас даже принимали за националистов, хотя наша идея была как раз в обратном: донести рок-культуру до тех, кто не знает английского и русского языков».

Группа «Чынтемир» участвовала во всех возможных конкурсах, но в числе победителей никогда не оказывалась — по мнению самих музыкантов, потому что они оказались слишком западными, слишком неформатными.

«Я считаю себя мультикультурным человеком, и мне немного обидно, что наше творчество было воспринято в таком негативном ключе, — замечает Акбараали Уулу. — Ведь музыка — это интернациональное искусство, которое объединяет людей с похожими увлечениями. Я очень горжусь нашими местными рок-группами, такими, как «Эхолами», Kashgar, The Last Day of Silence, которые продвигают свою музыку, а не создают каверы на известные песни. Моя мечта состоит в том, чтобы сделать рок-музыку более популярной и поддерживать наших исполнителей, предоставляя им эфир на радио и телеканалах. А личная мечта — выступить с казахской рок-группой «Молдоназар», которой я искренне восхищаюсь».

Безжалостные девичьи глаза

Сегодня в рок-музыке Кыргызстана можно выделить четыре основных направления. Металкор, хардкор и дэт-метал представляют группы My own Shiva, Kashgar, The Last Day of Silence, Joskee, Shahid. Гаражный и инди-рок — это О.Бендер, PishpekCity, The Woodstock tale, Frunze streets. Представители русского рока — «Свободный режим» и «Транзит», а к поп-року можно отнести ныне распавшуюся группу «Эхолами» и группу «В эфире мы».

Очень активна металкор-группа My own Shiva. Помимо собственно музыкальной деятельности, она пытается вовлечь в рок-музыку как можно больше людей, организуя фестивали Rockdabone и Edinaroq.

Группа Kashgar была представлена на прошедшем в Лондоне World Metal Congress — первом международном съезде, посвященном музыке хеви-метал. Треки Kashgar транслировались на Metal Devastation Radio. Коллектив также побывал на гастролях с группой Shahid в России и Казахстане. Усилиями группы Kashgar и, в частности, ее вокалиста Арсения Жердева проводится ежегодный метал-фест Kuturgan.

Творчество группы «кашгарцев» остросоциально — через мистику и мифологию они обращаются к современной действительности. И хотя музыканты не являются этническими киргизами, их музыка пронизана любовью к той земле, на которой они живут.

Так, песня «Кумтор» рассказывает о последствиях варварской добычи золота.

«Песня посвящена нашим горам: речь идет о золотом руднике Кумтор, расположенном в отдаленном районе на высоте 3700 метров. Содержание ее подобно мучительному крику страны, из которой извлекаются и выбрасываются внутренности, — говорит вокалист группы Арсений Жердев. — Они почти полностью уничтожили огромный ледник и планируют взяться за соседний. Я работал там с группой гляциологов, изучал влияние шахты на соседние ледники, и ужасные виды искалеченной природы вдохновили меня на написание текста. "Кумтор" — это крик земли, внутренности которой выскребают разными машинами для удовлетворения собственной жадности. Но что вы найдете там внизу? Свои же грехи и ужас опустошения!»

Тема мифологических кошмаров возникает в песне «Эрлик» — о властелине загробного мира, который, если верить музыкантам, связан со всеми ужасами мира.

У Kashgar есть также типичные для их творчества песни «Албарсты» и «Жоготту». Первая — о чудовище в женском облике, которое ворует дыхание спящего и может даже украсть человеческую жизнь. Вторая песня рассказывает о мерзком двуликом существе, чарующе красивом днем и ужасном ночью.

Kashgar не чуждается и сравнительно современных тем: песня «Манкурт», написанная по мотивам книги Чингиза Айтматова, повествует о зомбированных кочевниками пленниках, о потере ими воли и самосознания. Не обошел стороной Kashgar и женскую тему. Песня «Ала качуу» рассказывает о том, как парень украл невесту. В нее включены такие страшные подробности, как изнасилование и психологическое порабощение девушки. В конце концов разъяренная девушка должна одержать верх над своим мучителем. Песня заканчивается тем, что обезумевшая невеста убивает весь скот на пастбище, и последнее, что видит похититель перед собой, — нож и безжалостные, полные ярости девичьи глаза.

Вокалист Kashgar Арсений Жердев полагает, что культура и история Центральной Азии — это бесконечный колодец тем для творчества.

«Мы — кыргызстанцы, родились и выросли здесь, — говорит Арсений. — Мы верим, что эта земля является нашей родиной, и все мы любим и глубоко уважаем природу и дух этого места. Достаточно провести день в горах Кыргызстана, чтобы понять, что это место бесконечной силы и славы. Киргизская этническая музыка тоже весьма оригинальна и особенна. Я никогда не перестану получать вдохновение от нашей природы и нашей богатой культуры! Но очень грустно видеть, что некоторые люди делают с этой землей. Тонны мусора, вырубка лесов и уничтожение редких животных, коррупция, полиция и чиновники, пытающиеся все украсть, паршивая инфраструктура — таким сегодня кажется Кыргызстан. Мы просто стараемся создавать музыку, в которой есть дух и энергия, замешивая в нее всю злобу, что скапливается в нас в этом безумном и дурном современном мире. Вот почему мы играем мрачный олд-скульный метал в противовес модным веселым попрыгушкам. У нас нет для вас послания: вы и так каждую секунду перегружены бесполезной информацией и непрерывными посланиями о ненужных товарах. Просто слушайте музыку, и если она сможет пробудить чувство первобытного страха или желание вернуться к корням, значит, мы делаем все правильно».

Дина Эдилева
Читайте также