Русский ким жаттады?

При посольстве Кыргызстана в Москве открыт бесплатный разговорный клуб для детей мигрантов
Роза Адышева с учениками. Фото Екатерины Иващенко, "Фергана"

В апреле при посольстве Киргизии в Москве открылся разговорный клуб русского языка для детей «Скоро в школу». Русский язык настолько востребован среди мигрантов, что на занятия сразу же записалось более 20 детей, а родители просят организовать что-то подобное и для них.

Из учителей в чиновники — и обратно

В субботу в 14:00 оказываюсь у здания посольства. Через пять минут с сумками, полными учебников, подходит инициатор идеи Роза Адышева. Роза — учитель с большим стажем. Пока не пришли дети, она рассказывает, как попала в Россию и почему взялась помогать соотечественникам.

Адышева родилась в Джалал-Абадской области, в селе Оогон-Талаа. В 1973 году ее класс стал вторым русскоязычным классом в местной школе. Получив среднее образование, девушка поехала поступать в Киргизский государственный университет на факультет филологии.

— У нас в школе были великолепные педагоги, — говорит Адышева. — Я до сих пор помню Надежду Ивановну Масликову, которая привила нам любовь к языку. Благодаря ей 13 ребят из нашего маленького села стали русистами.

После окончания института Розу по распределению должны были направить в Ошский педагогический институт. Но, поскольку муж ее еще учился, она осталась работать лаборантом в столичном пединституте имени Арабаева. Когда муж Розы окончил вуз, его отправили на золоторудный комбинат в Казармане. Роза поехала туда вместе с ним — работать в местной школе. Здесь же, в Казармане, у них родились двое детей.

Позже семья переехала на родину мужа — в Кочкорку. В здешней школе Адышева прошла путь от простого учителя словесности до замдиректора школы, а позже стала заместителем главы районной администрации по социальным вопросам. После государственного переворота в 2010 году в стране сменили всех чиновников, и Роза некоторое время не могла устроиться на работу.

Занятие в разговорном клубе. Фото Екатерины Иващенко, "Фергана"

— В Москве у меня был брат. Он звал меня, говорил, что здесь каждый может найти себя. Я приехала в октябре 2011 года. Месяцем раньше сюда приехали супруг с сыном. Решила не искать работу сразу, а осмотреться, вдохнуть воздуха московской жизни, увидеть Царицыно и Красную площадь, походить по музеям и театрам. Я была здесь в 1979 году по студенческим делам, но это было не то. Но уже на второй день сноха сказала, что нашла мне работу. Меня пригласили работать няней в одну семью. Я получала довольно высокую зарплату, 45 тысяч рублей — тогда это было $1500. Спустя восемь месяцев сын сказал мне, что его друг открыл учебный центр для мигрантов, куда меня приглашают на работу. Потребность в языке была уже тогда: кыргызстанцы получали российское гражданство по упрощенной схеме, а языка при этом не знали.

Вначале Роза Адышева вела уроки только по вечерам, а потом посвятила себя педагогической работе полностью. Однако в 2013 году у нее диагностировали рак, и ей пришлось покинуть Москву.

Два года ушли на борьбу с болезнью.

— Пережив рак, ты начинаешь по-другому относиться к жизни, — говорит Адышева. — Я просила Бога продлить мне жизнь, чтобы доучить своих учеников, дать новые знания людям. Окончательно победив болезнь в феврале 2015 года, я вернулась в Москву. Спустя некоторое время владелец курсов, где я работала, решил сменить локацию. Ездить в другой конец города мне было неудобно, мы же квартиру рядом с работой снимали, поэтому я решила уйти в самостоятельное плавание и открыла свою языковую школу.

Во время встречи с новым послом Киргизии в России Аликбеком Джекшенкуловым Роза Адышева обратила внимание на серьезную проблему, а именно незнание детьми мигрантов русского языка. И это не просто трудности в общении с местными — от владения языком зависит, сможет ли ребенок учиться в российской школе. Через 10 дней после разговора с послом его советник связалась с Адышевой, и было решено создать бесплатный разговорный клуб. Для реализации этой идеи привлекли восьмерых русистов из Ассоциации киргизских учителей в Москве, разработали специальную программу. Вести занятия учителя будут по очереди, а проект в целом курирует Роза Адышева.

Розе Адышевой ассистируют ее бывшая ученица, а теперь педагог Алина Азыкбекова и студентка-магистрантка Таалайгуль Токтобекова.

Киргизско-русский диалект

— Сейчас мы реализуем первый этап нашей программы — учим дошкольников, — говорит Адышева. — На этом этапе у нас запланировано 16 уроков по два часа каждый, итоги подведем перед учебным годом. Далее планируем распространить проект на взрослых, от которых также пришел запрос. В целом язык они знают, но хотят разобраться с некоторыми нюансами.

Во время разговора зал заполняют женщины с детьми, мужчин нет. Кое-кто привел сразу двоих, а одна мама вместе с дочкой пришла с грудничком на руках — в чужом городе оставить ребенка не с кем.

Начинается перекличка: Айпери, Айбек, Хадича, Али, Женишбек, Данияр, Акдиль, Алиса, Ринат, Али, Адилет, Нурдана...

— Мен! — кричат дети.

— Надо отвечать «я», — учит педагог.

Сегодня на занятия пришли 12 детей в возрасте от 5 до 7 лет. На доске уже вывешены картинки с изображением людей: это условные бабушка и дедушка, тетя и дядя, брат и сестра.

На прошлом занятии дети изучали родственников и отношения между ними. Сегодня надо повторить пройденный материал, сказать по-русски, как тебя зовут, припомнить по именам родственников, начиная с дедушки и бабушки и заканчивая братьями и сестрами.

Роза Адышева с учениками. Фото Екатерины Иващенко, "Фергана"

— Стихотворение ким жаттады? — спрашивает учитель и тут же переводит свои слова на русский: «Кто выучил стихотворение?» Дети тянут руки и по очереди декламируют:

«Бабушка и дедушка,

Мамочка и папочка,

Две сестренки старшие,

И котенок-лапочка.

И еще, конечно, я.

Очень дружная семья!»

Затем начинается изучение новой темы: детей учат общеупотребительным формулам вежливости.

— Как мы здороваемся? Что мы говорим утром? А днем? А какое слово надо сказать, если мы что-то просим? А как благодарим? — помогает вопросами учитель.

Вспомнив все возможные варианты приветствий, дети учат новый отрывок.

«Здравствуй, небо голубое!

Здравствуй, солнце золотое!

Здравствуй, вольный ветерок!

Здравствуй, маленький дружок!»

Закрепив разные формы приветствий, дети переходят к названиям частей тела.

— Баш эмне дейт орусча? Как переводится «баш» на русский? — спрашивает учитель.

— Голова, — дружно отвечают дети.

Теперь надо перечислить все части тела: голова, уши, нос, глаза, руки. А потом еще сказать, зачем нам нужна голова (чтобы думать), нос (чтобы нюхать) — и так далее.

Для разминки ребята играют в «Гусей-лебедей», затем смотрят одноименный мультфильм.

В перерыве одни дети бегут к мамам, другие, более смелые, подходят ко мне. На вопросы отвечают на смешанном киргизско-русском языке. Братьям Азамату и Курманбеку семь и пять лет. Мальчики рассказывают, что давно живут в Москве, но в школу пока не ходят — боятся. Их папа работает поваром, а мама «делает конфеты».

Еще одному мальчику, Адилету, семь, и он надеется пойти в школу в этом году. Он в семье не единственный ребенок, у него есть «взрослая сестра». Папа работает на стройке, мама «занимается подработкой» — какой именно, мальчик не знает.

Родитель говорит, ребенок молчит

От бесед с детьми плавно переходим к разговору с мамами. Про курсы они узнают из разных источников. Кто-то услышал про них, покупая авиабилеты в кассах у посольства, другие узнали из соцсетей. Большинство записывают детей в клуб, не задумываясь: для семей, которые решили остаться в Москве надолго, вопрос владения русским языком крайне актуален.

У Жыпары, работающей кассиром, трое детей — им шесть, пять и полтора года. Все они родились в России, и планируется, что тут же, в России, они и в школу пойдут. Трое детей и у Уркыз — десяти, восьми и двух лет. Такое количество детей разного возраста подтверждает наблюдения последнего времени: если раньше в трудовую миграцию отправлялись только мужчины, то теперь сюда едут семьями, рожают здесь детей, здесь же ищут для них детские сады и школы.

Одни дети неплохо говорят на русском, другие в разговоре смешивают языки, третьи вообще молчат. Из беседы с мамами становится ясно, что уровень владения языком детьми не всегда зависит от родителей. У некоторых детей родители на русском почти не изъясняются, а вот дети говорят на нем очень бегло. Бывает и наоборот: родители говорят по-русски хорошо, а дети молчат. Объясняется это просто. Родители с самого начала могли неплохо знать русский или усовершенствовать его уже в России, в то время как их детей на родине воспитывали бабушки и дедушки, разговаривавшие исключительно на киргизском.

— У меня сын только недавно приехал. Раньше он жил с бабушкой, поэтому не знает русского языка, — говорит Азиза. — Когда бабушки не стало, мы забрали сына сюда. Чтобы в школе не возникало проблем, нам нужен русский язык — иначе ходить в школу просто бессмысленно.

Фото Екатерины Иващенко, "Фергана"

Отправить детей на платные языковые занятия могут себе позволить далеко не все мигранты. Поэтому сам факт открытия бесплатных курсов люди приняли с радостью. Это не единственный подобный случай: еще в марте бесплатные курсы русского языка открылись при Центре помощи мигрантам «Рядом дом».

— Мы все работаем, несмотря на наличие детей, — говорит Жыпара. — Здесь, пока дети на занятиях, у нас есть возможность немного отдохнуть и обсудить последние новости с родины.

Однако на часах уже 16:00, занятия окончены. Женщины прощаются и просят передать благодарность педагогу, которая дает возможность их детям нормально учиться в российских школах в будущем.

«Фергана» неоднократно писала, что в России проблема доступа детей мигрантов к образованию стоит достаточно остро. Одна из причин, по которой дети подвергаются дискриминации в этом вопросе, — незнание русского языка. Однако знание языка страны необходимо не только для того, чтобы иметь право поступить в школу, но и для того, чтобы в полной мере усваивать программу. Курсы русского языка уже есть в Москве и в Подмосковье. Теперь такие курсы заработали и при киргизском посольстве, а это значит, что у детей мигрантов в России будет больше возможностей получить полноценное образование.

Читайте также
  • В России вновь заговорили об обязательной дактилоскопии для мигрантов. А в Питере уже приступают к делу

  • Какой «Русский мир» без козлодрания

  • Узбекские мигранты отравились в России крысиным ядом. Как это произошло и кто помог пострадавшим

  • Трудовые мигранты остаются для жителей Подмосковья пришельцами из «другого мира»