Если вы не отзоветесь, мы напишем в Спортлото

Почему виртуальные приемные президента Узбекистана не справляются с работой
Шавкат Мирзиёев в рабочем кабинете. Фото пресс-службы президента Узбекистана

1 февраля исполняется ровно год, как в Узбекистане заработала новая виртуальная приемная президента Шавката Мирзиёева. Вообще-то, это был перезапуск — впервые приемная была запущена еще в сентябре 2016 года. Она предназначалась для обращений граждан, до которых раньше руки у чиновников по тем или иным причинам не доходили. Позже, как говорят, приемную усовершенствовали с учетом накопленного опыта, экспертного анализа и мнения тех же самых граждан.

Местная пресса заявляла, что к 22 июня 2018 года количество обращений в приемную перевалило за 2 миллиона, из которых рассмотрено было 97%. Не уточняется, правда, приняты ли были меры по итогам рассмотрения, а если приняты, то какие именно. Как известно, жалобщику можно не только помочь, но и дать ему по шапке, чтобы не донимал попусту вечно занятых государевых людей.

Так или иначе, запуск виртуальной приемной, через которую, как думали многие, можно обратиться лично к президенту, вызвал у народа массовый ажиотаж. И действительно, на первых порах результаты работы нового учреждения видны были невооруженным глазом. По жалобам и обращениям принимались действенные меры, застарелые проблемы, которые на уровне местных властей не решались годами, сдвинулись с мертвой точки, а чиновники, казалось, наконец поняли, что значит «реагировать оперативно».

От избытка чувств граждане даже начали писать «письма счастья» в адрес президента, выступали с благодарственными речами в местных СМИ и по телевидению. В правительстве, похоже, тоже обрадовались, решив, что рост жалоб и обращений — признак плодотворного диалога власти и общества. Хотя на практике это скорее говорило об огромном количестве накопившихся проблем.

Однако довольно скоро ситуация поменялась. Популярность виртуальных приемных пошла на убыль. Со стороны это выглядело так, как если бы ресурс попросту выдохся от обилия просителей. Бывалые жалобщики и «ходоки» рассказывают, что не так давно через приемную можно было вызывать на место ответственное лицо, которое воленс-ноленс вынуждено было как-то реагировать и что-то делать. Теперь же чиновника не то что дозваться нельзя, — очень трудно получить на свое обращение хоть какую-то реакцию. Зато, если судить по отчетам этих самых приемных, они круглосуточно производят не что иное, как народное счастье.

Справедливости ради надо сказать, что некоторые специалисты с самого начала к идее внедрять президентские — они же «народные» — приемные отнеслись с недоверием. Кое-кто посчитал их очередным способом выпустить пар и снизить градус социального недовольства.

Так или иначе, приемные продолжают свою работу, так что стоит разобраться, почему все так хорошо начиналось, из-за чего стало обваливаться и к чему движется сейчас.

Чиновники опять не боятся

Если говорить об откликах на работу президентских приемных, то в узбекских СМИ долгое время трудно было найти хотя бы одну критическую публикацию на этот счет. При том что соцсети просто кипят по этому поводу.

Справедливости ради заметим, что и сегодня еще достаточно граждан, которые продолжают стучаться со своими проблемами к виртуальному президенту не только из каждого района Ташкента, но и по всей республике. Правда, размах уже, судя по всему, не тот. Люди, неоднократно обивавшие пороги приемных, считают, что в работе их уже нет прежнего рвения, а чиновники, как в старые недобрые времена, никого не боятся. Все больше отписок, все ничтожнее результаты, а благодарственные письма редко кто пишет по доброй воле — разве что по просьбе чиновников. А ведь еще недавно заявителей приглашали на выездные собрания приемных, вели с ними индивидуальные беседы. Но за короткий срок все вернулось на круги своя — сотрудники приемных стали играть по тем же правилам, что и прочий чиновный люд, просто переадресовывая заявления жалобщиков тем, на кого они, собственно, и жаловались. Круг, таким образом, замкнулся.

А между тем статья 25 закона «О внесении изменений и дополнений в Закон Республики Узбекистан «Об обращениях физических и юридических лиц» недвусмысленно предостерегает бюрократов — любителей отфутболить клиента. Вот что гласит эта статья: «Запрещается безосновательная передача обращения на рассмотрение иным государственным органам, организациям либо направление его тем органам, организациям или должностным лицам, решения или действия (бездействие) которых обжалуются». Однако предостережения эти, похоже, остаются втуне. Мелкие проблемы еще худо-бедно решаются, а вот если речь заходит о неправомерных решениях судов и прокуроров, не говоря о крупных чиновниках, тут все дело благополучно спускается на тормозах.

Штраф вместо президента

Вот какие комментарии о работе виртуальных приемных оставляют люди на страницах местного новостного сайта Nuz.uz:

Татьяна: «Сколько лет рассматриваются обращения? Я отправила штук 30. А где решения? 2-й год пошел. Ответьте, пожалуйста».

Екатерина: «Подавала заявление 5 раз — полнейший игнор! За что им платят деньги?! Простите, накопилось. А президент их читает вообще или хотя бы интересуется?»

Портнова Юлия Владимировна: «Неоднократно жаловалась на неправомерные действия сотрудников Учтепинского РайОНО Турсунова, Пармановой, Бурановой, а также на директора школы №74 Багировой. Однако все мои заявления отправляются для рассмотрения в Учтепинское РайОНО, которое против самих себя никаких мер не принимает».

Понятно, что президент и не должен читать все письма, которые отправляются в приемную. А вот чиновники должны — и не только читать, но принимать меры. За это им и деньги платят, а не за гордый римский профиль.

Любовь Чуракова . Фото из архива "Ферганы"

Некоторую надежду людям дали выездные приемные во главе с государственным советником Турсинханом Худайбергеновым. Однако приемные эти почили в бозе, огорчив этим массу народу, в том числе пенсионерку из Чирчика Любовь Чуракову. В свое время она хотела добиться справедливости, пыталась вернуть украденные банкирами средства, годами обивала пороги разных инстанций. Только в народно-президентские приемные пожилая женщина обращалась более 40 раз — и все попусту. В Генпрокуратуру же Любовь Александровна и вовсе ходила как на работу, приговаривая при этом: «Не дождутся они моей смерти!» Увы, они дождались. 8 ноября 2018 года Любовь Чуракова скоропостижно скончалась, не дожив до своего 81-летия всего три недели. А деньги, которые так нужны были ее многодетной дочери-инвалиду, так и не вернули.

Не менее показателен другой печальный пример. 8 января милиция в Ташкенте задержала нескольких женщин из регионов, которые встали в пикет возле народной приемной президента, требуя встречи с Шавкатом Мирзиёевым. Их проблемы годами не интересовали ни местные власти, ни столичные. Никто не вышел к ним и в тот злополучный день. Больше того, жительницу Ургенча арестовали на пять суток, еще четырем ее товаркам выписали штраф размером в 11 минимальных заработных плат ($235). Остается только догадываться, что означают для отчаявшихся женщин штрафы в 2 миллиона сумов. Встает естественный вопрос: для того ли создавались народные приемные, чтобы этот самый народ совершенно беззастенчиво «винтили» прямо рядом с ними?

Благодарность по заказу

Многие еще помнят невеселую историю ташкентских предпринимателей Елены Агибаловой и Динары Латыповой, которые были лишены бизнеса и ограблены узбекскими чиновниками-коррупционерами. Агибалова и Латыпова пострадали в 2013 году только потому, что хотели призвать к ответу администрацию Госпитального рынка за нарушение налогового законодательства. Женщинам так до сих пор и не вернули ни незаконно изъятый из магазина товар на десятки тысяч долларов, ни телевизор, унесенный из квартиры Латыповой милицией Чиланзара, ни дорогостоящие айфон и планшет, практически вырванные из рук Агибаловой сотрудниками правопорядка Мирабадского района во время «закрытия» магазина.

В этих обстоятельствах не так ужасен сам произвол, как то, что творится он от имени закона. При этом обращения, поданные предпринимательницами за эти годы в различные инстанции, потянули на 5 килограммов бумажного веса. Только в народные приемные по месту жительства и виртуальную приемную президента Агибаловой и Латыповой было подано около полусотни заявлений.

Елена Агибалова возмущается тем, что из всех проблем, о которых они писали, решенными можно считать одну, от силы две. Да и те были решены не с первого раза.

Динара Латыпова вспоминает, как возмущенная издевательскими отказами электриков установить ей бесплатный счетчик, отправила электронную жалобу на президентский портал. «Да что ты все пишешь и пишешь, — накричал на нее тогда заместитель начальника Чиланзарского районного «Энергосбыта» по имени Шухрат, — если захочу, я тебе в твоем счетчике миллион неисправностей найду!»

Тем не менее электронный прибор в квартире Латыповой все-таки был установлен бесплатно, согласно постановлению.

Елена Агибалова. Кадр видеозаписи с сайта Currenttime.tv

А 23 ноября Динаре позвонили из районной народной приемной, попросив несколько видоизменить начало написанного ею ранее «письма счастья» — слова благодарности должны были быть обращены непосредственно к президенту Мирзиёеву.

«Сказали, что с каждого района таких писем должно быть не менее 10 экземпляров, даже пообещали, что мое сочинение с «хорошим почерком» будет лежать на самом верху стопки. Якобы эти позитивные отзывы ждут в высоких кабинетах. Спрашивается — за что благодарить, если в частных беседах сами «виртуальщики» и сотрудники Бюро принудительного исполнения говорят, что они чаще не в состоянии положительно реагировать на обращения граждан, чем наоборот», — недоумевает женщина.

Шершавым языком закона

Механизм деятельности общественных приемных до последнего времени регулировался главным образом Указом президента РУз от 28.12.2016 года «О мерах по коренному совершенствованию системы работы с обращениями физических и юридических лиц» .

Кроме того, существует некое подобие инструкции для чиновников — «Типовое положение о порядке работы с обращениями физических и юридических лиц в государственных органах, государственных учреждениях и организациях с государственным участием». В главе 1 п. 2 («Общие положения») данного документа, в частности, говорится: «Действие настоящего Положения не распространяется на обращения, порядок рассмотрения которых установлен законодательством об административной ответственности, административном судопроизводстве, гражданским процессуальным, уголовно-процессуальным, уголовно-исполнительным, экономическим процессуальным и иными законодательными актами».

Что же это значит, если говорить простым языком?

«А значит это, что велосипед выдумывать уже не надо: все перечисленное выше юридически закреплено в законах, просто нужно заставить соответствующие органы его соблюдать, — комментирует ситуацию специалист по гражданскому законодательству, давшая интервью «Фергане» на условиях анонимности. — Скажем, человек обратился по тому или иному вопросу в приемную президента. Его там спрашивают, например, чьи действия он собирается обжаловать? Он отвечает: действия работников Генпрокуратуры, которые «футболят» мои заявления, отсылая их в низшие инстанции или в другие заинтересованные ведомства. Все чиновники, узнав суть его обращения, в ответ лишь пожимают плечами. А что им еще остается делать, если высшей инстанцией по надзору за исполнением законов в республике является сама же Генпрокуратура, чьи представители тоже сидят в этих общественных приемных! Вот и подумайте: что они могут сделать с таким заявлением? Кто имеет полномочия проверять действия работников Генпрокуратуры на соответствие законам? Никто. Поэтому со своими замечаниями они вновь отправляют обращение в Генпрокуратуру, то есть к тем людям, на чьи действия человек и жалуется. А там в свою очередь опять отписываются. И так по кругу. То же и с судами.

Далее. В какой еще стране существуют такие организации, как народно-виртуальные приемные? Да нигде. И у нас они тоже от нужды. Обращениями граждан обязаны заниматься лишь те органы, которые согласно основным законам уполномочены это делать. Например, те же самые органы прокуратуры, суда, милиции и прочие. Другое дело, что они не работают, и именно из-за их бездействия и были созданы новоявленные ресурсы контроля в виде президентских приемных».

Отнять и поделить

По мнению юриста, общественные приемные создали из лучших побуждений, но на практике надежд народа они не оправдывают. Начать с того, что приемные не могут воздействовать на другие органы власти, — для этого нет юридического механизма. Собственно говоря, его и быть не может, поскольку «виртуалка» не может и не должна подменять собой государственные институты. Работать должны именно они, но не работают.

«Почему так происходит? — задается вопросом наша собеседница. — Первопричину надо искать в безграмотности кадров: думаю, не нужно объяснять, кто и как поступал в юридические вузы и как там учился. Кроме того, у нас среди юристов нет пассионариев, которые были бы готовы, рискуя теплым местечком и нервами, бороться за букву и дух закона. Отсюда и равнодушие к заявлениям и их авторам: их даже не читают, в лучшем случае только раздраженно просматривают, не входя в суть проблемы. И, наконец, завершает все дело цветущая пышным цветом коррупция — в первую очередь в правоохранительных и силовых органах».

Однако, как утверждает наш юрист, кроме этих очевидных причин, которые были всегда, есть и другие — не менее серьезные.

«С памятного нам 2005 года развернулась порочная практика, когда все происходящее в стране гласно и негласно стала курировать Служба нацбезопасности (СНБ, ныне — СГБ). И это при том, что в годы становления независимости ей и без того были даны чрезмерные полномочия. При подобном подходе невозможно было ни добиться справедливости, ни наказать виновных. Самое страшное, что на этой волне многие из органов стали расправляться со своими личными врагами: если тех было не за что «цеплять» — начинали рыться в биографиях родственников, так как знали, что незаконные действия оперативников никто перепроверять не станет. Дошло до того, что СНБ открыто давала указания судам и прокуратуре, а при случае могла даже «послать» их подальше.

И это в итоге привело к тому, к чему привело. Заявления о недоказанности противоправных деяний, подтасовка доказательств, нарушения процессуального законодательства и прочие злоупотребления при проверках не выводились на чистую воду, а замалчивались. Образовалось статус-кво, при котором ты им пишешь про «дядьку в Киеве», а они отвечают про «бузину в огороде» или вообще реагируют ничего не значащими фразами, типа «нарушений закона не выявлено». Раньше апелляционные, кассационные и другие инстанции на каждый довод в жалобе должны были привести контрдовод, а теперь просто — «вы не правы, потому что не правы».

В результате образовался порочный круг: люди, не удовлетворенные ответами на жалобы, пишут вновь и вновь, «девятый вал» заявлений растет, а толку нет. И что могут сделать работники виртуальных приемных? Во-первых, количество их ограничено. Во-вторых, у них нет действенных инструментов и нет серьезных полномочий. А еще не нужно забывать, что они тоже продукт этого времени, с таким же некачественным образованием и специфическим менталитетом! Та молодежь, на которую сегодня делают ставку в прокурорских и иных правоохранительных органах, оказалась даже хуже, чем некоторые советские ветераны.

Даже те немногие, кто является исключением из правил, — как далеко они могут пойти против устоявшейся системы? Насколько хватит их упорства и терпения? На практике, ища пути к выживанию, они вынуждены становиться посредниками между гражданами-заявителями и властными органами, занимаясь банальной переадресацией жалоб по инстанциям», — резюмирует собеседница «Ферганы».

Обойдут все дворы

Однако юрист уверена, что решение проблемы существует. Надо просто заставить работать с обращениями граждан уже имеющиеся органы, те самые органы, которых уполномочил закон.

По закону у нас предусмотрена административная и уголовная ответственность за неправильное (или заведомо некорректное) рассмотрение заявлений, жалоб и других обращений. Но кто вспомнит, когда в последний раз кого-то привлекали за это к ответственности? Может быть, за равнодушие к обращениям уволили какого-нибудь работника правоохранительных органов?

«Если бы эти приемные изначально имели реальную власть, наверное, к сегодняшнему дню хоть что-то изменилось бы на практике в лучшую сторону, — говорит наша собеседница. — В начальный период работы приемных столичные бюрократы по-настоящему испугались, а теперь только изображают почтение и страх. В регионах страха больше, поскольку инициатор «виртуалок» — сам президент. Однако я считаю, что виртуальные приемные обречены на исчезновение — самостоятельно что-то решать они не в состоянии, а раз так, зачем тогда их содержать?»

Но у президента Узбекистана на этот счет есть свое мнение. Шавкат Мирзиёев не отказывается от идеи народных приемных, более того, он полагает, что их можно улучшить. 17 января 2019 года Мирзиёев подписал указ о совершенствовании системы работы с проблемами населения. С 1 февраля народные приемные будут выявлять и решать проблемы населения путем дворового обхода. Рабочие группы Народных приемных будут анализировать махалли и дома и формировать краткосрочные — на год — и среднесрочные планы мероприятий по устранению выявленных недостатков и проблем.

Вот на эти обходы будет интересно посмотреть. И на то, чем все закончится.

Гульрух Чатаева
  • Нерешенность земельного вопроса может иметь политические последствия для Душанбе

  • Как трагедия одной казахстанской семьи переросла в кампанию против главы Минтруда

  • На собрании жильцов ташкентской махалли, идущей под снос, застройщики пообещали райские кущи

  • Аркадий Дубнов — о том, как антикитайские митинги в Бишкеке вошли в большую геополитику